1
Минутка вечной юности.
В наше время, ув. друзья, кажется, нет искусства более забытого, чем искусство взросления.
Ув. Р. Носиков ( [sponsr.ru/nosikov]( http://sponsr.ru/nosikov ) ) однажды рассказывал мне, что в юности четырежды прыгал с парашютом. Четвёртый раз стал последним, сказал он, потому что "я вдруг понял, что я делаю".
Ни в коем случае не желая задеть отважных парашютистов, прыгающих годами (те, что делают это на пользу родине, вообще вне критики, те, что делают это для ощущения биения жизни, по меньшей мере не вредят своим адреналином окружающим) - трудно не отметить, что там действительно есть что осознать: по данным упрямой статистики, каждый тысячный прыжок заканчивается переломом или сотрясением, каждый трёхтысячный - смертью.
Будь такая статистика в мире автомобильных поездок, в Москве ежедневно гибли бы по меньшей мере шесть-семь тысяч человек.
Меня, признаться, с детства смущала фраза из известной песни "уж лучше, чем от водки и от простуд". Неужели, удивлялся крошка я, помимо падения со сверкающей ледяной горы существуют только водка и простуда? И если даже так, то есть же ещё, например, смерть от простуды в старости, после добросовестно прожитой, вкусной и полезной жизни: почему бы не спеть героическую песню о простуженном старике учителе, подарившем тысячам людей несколько доходчивых отличных образов?
Эгоистический героизм, впрочем, вполне объясним и, как уже было сказано, приемлем: альпинист и парашютист играют с судьбою в смесь шахмат и рулетки, выигрывая биение жизни, а проигрывая, если не повезёт, сам предмет биения. Менее рационально искреннее восхищение ими со стороны современников и современниц - но это тоже объяснимо как своего рода культурный атавизм: архаическая часть нашего сознания впечатляется отвагой и энергией вне зависимости от того, на что они направлены. Если мы внимательно вчитаемся в жизнеописания легендарных героев от Гильгамеша до Кухулина - то с некоторым изумлением обнаружим, что действия на пользу общества составляют среди их великих подвигов весьма незначительную часть: по большей же части это хулиганство из серии "герой услышал, что в далёких лесах живёт и никого не трогает огромный страшный X. Герой пошёл и напал на него".
Что на самом деле иррационально - так это другой (но тоже, увы, часто наблюдаемый нами) современный феномен - экстремальной героизации обычности.
Взрослые люди, с подростковой гордостью рассказывающие о вещах вполне рутинных, вроде "я сегодня поработал" или "я вчера выпил" - причём рассказывающие это не маме и не супругам, а посторонним взрослым людям, занятым своей собственной жизнью. Эти странные акыны собственной повседневности повествуют знакомым не о прыжках из голубой бездны, не о покорении сверкающих вершин - нет, о том, как они ведут своё существование среди магазинов, пивных и халтурок.
От них не услышишь даже "как у тебя со здоровьем" или "чем я тебе могу помочь" - им не до того, они сосредоточены на себе одновременно как на своих кумирах и как на собственных любимых детях. С безумным простодушием они навязывают себя окружающим для усыновления - но в то же время и поклонения. Им кажется естественным, чтобы окружающие с участием следили за их подвигами по выпиванию пива и сексу с кем-нибудь - поскольку сами они воспринимают каждую кружку и каждый акт взаимного опыления как ещё один захватывающий эпизод бесконечной инициации вечно юных себя во взрослый мир. В некотором смысле они пародия на олимпийских богов - те тоже были вечно юны и тоже возрождались в бесконечном цикле.