1
Почему-то (не знаю, почему, не мой регион, не моя зона отвественности) я хорошо запомнила историю семьи священника Игоря Ащеулова, у которого в 2014 году опека попыталась отнять детей.
История вышла резонансной - в дело включилось кургиняновское "родительское сопротивление", еще какие-то громкие общественники, крики о произволе ювенальной юстиции дошли до СК, детей, в конечном итоге вернули и выделили семье новое жилье (изначально речь шла о том, что дети содержатся в непригодных условиях)
Правда уже тогда проступили некоторые странные подробности, на которые кричащие общественники и примкнувшие к ним СМИ внимания предпочли не обращать.
Задолго до скандала, матушка писала заявление на мужа, обвиняя его в насилии над ней и детьми, потом заявление забрала, покаялась и даже просила привлечь себя к уголовной отвественности за ложный донос, но как-то все сошло на нет.
Батюшка не уживался в служении ни в одном приходе и долго кочевал из епархии в епархию, прихожане жаловались на резкость, переходящую в грубость. В конечном итоге, его кажется (тут не уверена) запретили в служении.
Словом, были вопросы.
Но - как и все резонансные дела - это, всколыхнув чуткую общественность, собравшую свои политические дивиденды, быстро забылось.
И вот.
Трое сыновей священника задержаны при попытке перейти на сторону Украины с намерением вступить в ВСУ и участвовать в войне с Россией.
Дело уже передано в гарнизонный суд, процесс будет открытым, так что, возможно, мы поймем мотивацию детей священника, ставших предателями
Кто-то, впрочем, уже сейчас услышит эхо той ювенальной истории, искалечившей психику детей.
Я бы не спешила с выводами.
Однако, мысль о том, что иногда людям на месте (не суть, власти это придержащие или простые односельчане) видно то, чего не разглядеть профессиональным общественникам из Москвы, меня все же посетила.
Да, иногда эти, местные, действуют как слоны в посудной лавке, цепляются к формальному, не умеют сформулировать подлинную суть, но в главном - оказываются правы.