1
Рудольф Абель: настоящий полковник и настоящий художник
В этот раз пост в нашей рубрики «Искусство о войне» посвящён войне холодной
Русский шпион – привычный персонаж Голливуда. Как правило, персонаж карикатурный: тупая жестокая машина для убийств. Но бывают исключения.
10 лет назад на экраны вышел фильм Стивена Спилберга «Шпионский мост» (Bridge of spies), основанный на реальных событиях. Главные герои – советский разведчик Рудольф Абель и его американский адвокат Джеймс Донован. Соавторами сценария стали братья Коэны, а фактура в основном взята из мемуаров Донована «Незнакомцы на мосту. Дело полковника Абеля».
В фильме полно развесистой антисоветской клюквы. ГДР вообще изображена как территория воплощённой антиутопии: послевоенные развалины, уличные банды, полицейский террор, всеобщий страх. Но британский актёр Марк Райлэнс сыграл полковника Абеля безупречно. Такое ощущение, что он прочёл не только книгу Донована (его играет Том Хэнкс), но и воспоминания коллег Абеля по работе в разведке.
Райлэнс сыграл анти-супермена. Человека скромного и неприметного. Неприметного во всем: внешности, одежде, манере говорить. Таким и должен быть разведчик, чтобы не привлекать к себе внимания. Должен выглядеть обыкновенным. Яркость – только помеха.
Но в «обыкновенном» человеке был стальной стержень. Арестовав Абеля, американцы предлагали ему сотрудничество. Взамен обещали снять самую тяжёлую статью обвинения, грозящую смертной казнью. Полковник отказался, выбрав путь чести. Это вызвало уважение врагов.
Что помогло ему выстоять? Абель был убеждённым коммунистом, патриотом СССР. Он остался верен идеалам, которым присягнул в юности. Но была ещё особенная черта его личности, которую актёр Рэйланс изобразил очень рельефно.
Абель был стоиком. Не в том смысле, что изучал древнегреческую философию стоицизма (может быть, и изучал, он был разносторонний человек), а по природе своей. Этика стоицизма учит сосредотачиваться на том, что находится под твоим контролем. А то, что ты не можешь контролировать, в том числе удары судьбы, надо принимать с мужеством, спокойствием и рассудительностью. Держать в узде эмоции. Не суетиться, не делать лишних движений.
В фильме есть несколько эпизодов, где адвокат Донован предлагает подзащитному какие-то спасительные варианты, на что Абель каждый раз отвечает вопросом: «это поможет?» Does it help? – по-английски звучит лаконично и ёмко, как жизненное кредо.
Ещё интересная черта: Абель совмещал в себе «физика» и «лирика». Выдающийся специалист по радиосвязи, он во время войны готовил радистов, забрасываемых в тыл врага. И в то же время – художник. Особенно хороши его рисунки, сделанные в тюрьме Атланты.
Эта шпионская история со счастливым концом: и в реальности, и в кино. В 1962 году, после пяти лет в американской тюрьме, Абеля обменяли на двух граждан США. Ключевой фигурой обмена был летчик Пауэрс, сбитый над территорией СССР.
В сцене обмена на Глиникском мосту, соединявшем две Германии, Спилберг не удержался от антисоветского штампа. Мол, сотрудники КГБ, приехавшие за Абелем, встретили его холодно и недружелюбно, что могло означать предстоящий арест или даже казнь. На самом деле, жизнь Абеля по возвращении в СССР сложилась вполне благополучно. Впервые перед широкой аудиторией он появился в начале фильма «Мёртвый сезон».
У мемуаров Донована более достойный и красивый финал. Спустя полгода после обмена адвокат через дипломатические каналы получил пакет с двумя книгами, к которым было приложено письмо от Абеля. Полковник писал: «Хотя я не коллекционер старых книг и не юрист, полагаю, что две старые, изданные в XVI веке книги по вопросам права, которые мне удалось найти, достаточно редки, чтобы явиться ценным дополнением к вашей коллекции». Донован уточняет, что это были «Комментарии