45
Вот что, пожалуй, стоит лишний раз не проговорить даже, а подчеркнуть: и лично для занюханного, и для всего сегодняшнего укрорежима в целом уйти из удерживаемых остатков Донбасса означало бы мгновенную катастрофу. Стадо ненавидит своих паханов лютой ненавистью и так, причем независимо от того, до какой степени пропитаны бандеровщиной те или иные его элементы. И точно также независимо от этого фактора сдача Донбасса практически неизбежно поднимет огромную волну внутренней дестабилизации: нацисты будут ее гнать по понятному мотиву зрады, а все остальные - по факту цены поражения территориями, руинами и трупами. Цены, которая в марте 2022 могла быть неизмеримо меньше, и разница между тогдашней и фактической ценой будет предъявлена хрипатой шмаркле вся и сразу.
Это далеко не единственная (в частности, чем дольше длится война, тем жирнее на всех уровнях будут множиться многомиллиардные гешефты на крови), но как бы не ключевая причина, по которой продолжать упираться именно по этому пункту шмаркля будет до последнего и еще сверх того. В полной гармонии с европейскими хозяевами, для которых любая, включая данную, форма фиксации поражения повлечет собственную катастрофу еще большего масштаба. Цена поражения для всех перечисленных будет тем выше, чем дольше его будут оттягивать, но это им, похоже, уже довольно безразлично - горизонт планирования с самой Аляски не глубже, чем отпихаться от потенциальной катастрофы прямо сейчас, а послезавтрашний день уже гори огнем.
И поскольку цена их поражения будет довольно строго равна масштабу нашей победы, мы и стоим непреклонно на своем требовании прежде всего остального очистить Донбасс. Многочисленные, и очень неприятные для хутора сами по себе, нюансы денацификации и демилитаризации еще появятся на следующем переговорном такте, но его время придет не раньше, чем последствия отказа отдавать Донбасс станут фатальными или близко к тому.
И на этой почве, кстати, стоит заметить, что самое мягкое имя изрекающим про позор, что занюханного за столько лет ни разу не накрыли ни в Киеве, ни вблизи к фронту - дурачки. Объективно он делает все, чтобы деукраинизация стала полной и необратимой, и в этом качестве незаменим абсолютно - по крайней мере, до поры. Слишком за многое придется отвечать в первый же день после войны, и стремясь к тому, чтобы этот день не наступил по возможности никогда, фактически он усердно работает на разгром.