1
Общий пароксизм яростной надежды, что новый барин окажется понятным и ласковым, а не задерет оброк до небес и не выгонит на мороз, где заломает медведь. Если реакцию европейских элиток на вашингтонские события сжать в один образ, то никаким другим он быть не может. Разве если погрузиться в полную архаику и представить посреди пещеры обряд для всего племени в помощь доброму духу против злого.
Прекрасно понимают, что для них будет означать второе пришествие барина-фармазона, и боятся его до судорог. Боятся в одну из первых очередей потому, что внешний спрос на русофобию кончится, а собственный, нутряной, придется начать поверять собственной же, без оглядки на барское ружье, способностью отвечать за слова и дела. То есть качеством, которое благополучно атрофировалось еще пару поколений назад и не поддается возвращению на место по щелчку пальцев.
Пусть продирает. Недостаточный, но строго необходимый этап к возвращению в разум, если оно еще возможно в принципе.