1
Внимательно проследим за руками. В течение воскресенья западные лидеры все как один высказались про покушение лично - здесь наверняка не последним был мотив наперегонки принести вассальную присягу новому хозяину. Си по теме лично не высказывался, сочувствие от его имени выражал китайский МИД. А на нашей стороне покушение прокомментировал только Песков, причем от имени Кремля в целом, а не чьего-то персонального, после чего стало понятно, что Путин брать слово по горячим следам уже не будет - ни для протокола, ни тем более для оглашения каких-то смыслов сверх того.
Форм реагирования, в принципе равно возможных, у Путина было две - и каждая из них стала бы жестом вполне определенной направленности. Высказаться лично, обозначив самим фактом высказывания нашу заинтересованность в их процессах и их исходе тем сильнее, чем высказывание было бы неформальнее. Или дистанцироваться от события в принципе, тем самым подчеркнув, что никакие их внутренние дела нас не касаются до такой степени, что мы отстраняемся от любых их возможных поворотов. Выбран второй вариант.
И свидетельствует этот выбор даже не столько о том, что никаких ожиданий от американских выборов у нас нет, сколько о том, что даже по такому громкому поводу мы не стесняемся дать это понять очень прямо. Это не просто выбор действия. Это подтверждение выбора стратегии.