1
Пеле ушел в вечность.
Он был одним из главных, в уровень с Гагариным, Фиделем и битлами, символов не очень долгого времени, когда историческим оптимизмом был переполнен буквально весь мир. Когда вера в линейность, неизбежность и необратимость прогресса была всеобщей, а будущее казалось гарантированно свободным от многого из того, чем оно впоследствии, десятилетие за десятилетием, опоросилось.
Герои своего времени всегда (и, наверное, по определению) равновелики ему. Наше своих героев выковывает прямо сейчас. Героев, хорошо понимающих, что прежде чем строить лучший для всех завтрашний день, история может потребовать вбить осиновый кол в оскаленную пасть позавчерашнего. И едва ли не главный опыт, которым мы обогатились с шестидесятых, заключается в том, что социальный компонент прогресса не просто еще важнее, чем технический, но к тому же не обеспечивается сам собой. Его надо беречь, его надо развивать целенаправленно и кропотливо, а если жизнь заставляет - за него надо драться.
И в том числе как раз поэтому там, на пороге, Пеле в числе самых первых встретит рюмкой горькой и горбушкой черного Лев Иванович. С тринадцати лет знавший на личном опыте у станка, что такое повседневный героизм из последних сил и на излом, когда его требует история.
Если бы Яшин вместе со всем остальным народом не сломал хребет тогдашней гадине, судьба бразильского мальчика, учившегося в те годы ходить и говорить, была бы растоптана латиноамериканской адаптацией плана "Ост". И именно поэтому перекличку трех разных времен мы вправе закольцевать именно так.