1
Новый сладенький министр французских иностранных дел, едва освоившись в должности, немедля повторил, пардон за невольный каламбур, все те зады, которые у противника сейчас на уме поголовно. Победа России будет для них катастрофой, добиться поражения России - абсолютный императив, но добиться его надо как-нибудь так, чтобы не вести войну непосредственно, это тоже императив, через который не перепрыгнуть. И дело тут, понятно, не в том, что еще одного озарило, а в том, что из этого порочного круга им не дано выскочить в принципе. Принять поражение - бездна последствий вполне тектонических масштабов. Воевать за победу - получить практически гарантированную перспективу быстрой ядерной эскалации.
Можно назвать это взаимоисключающими параграфами. Можно, например, растяжкой - той самой, которая чревата треском шва на всю его длину, от ширинки до задних карманов. Факт от этого не изменится: инерционный сценарий неприемлем точно так же, как попытка его сломать всеми силами, на выходе в любом случае получатся катастрофы, только разные по содержанию и сценарию. Поэтому там, где настоящего выбора нет, и приходится верить вслух, что изобретутся какие-нибудь паллиативы, которые принесут чудо.
Эту среднюю линию, скорее всего, они за полным неимением лучшего и будут пытаться проводить до самого обвала бандеровского фронта, то есть до момента, когда времени на выбор следующего хода больше не останется в принципе. А когда этот обвал будет налицо, с наибольшей вероятностью я бы ждал от них блефа - наглого, громкого, отчаянного, в качестве последней ставки на зеро.
И вот когда станет очевидным, что эта ставка не сыграла, тут, видимо, и быть моменту истины для всего начавшегося два года назад раунда.