1
Очень похоже, что в вопросе новых подаяний хохлам от главного хозяина именно сейчас поставлена увесистая промежуточная точка. В ночи (по Москве) в Белом доме собирали глав фракций обеих палат конгресса, чтобы попытаться выкрутить по этому вопросу руки республиканцам на высшем уровне. Никаких заслуживающих внимания сдвигов по итогам не произошло, республиканцы остались при том, на чем и стояли: сначала кардинальное, а не показушно-символическое, решение острейшей проблемы с потоком или скорее потопом мигрантов на южной границе - и только после этого все разговоры о хохлах.
Времена, когда хутор был абсолютным двухпартийным приоритетом, давно и безвозвратно канули: теперь он - разменная монета в жесточайшем внутриамериканском клинче. Клинче, который по мере приближения ноября и выборов будет только сильнее и злее. И основные предметы которого, включая мигрантов, но далеко ими не ограничиваясь, для обеих сторон принципиальны на уровне каждой буквы символа веры: поступился - сам себя победил, высек и закопал. И именно на этой мировоззренческой базе республиканцы мертвой хваткой,
как кобель в ляжку прохожему, вцепились в тему границы, чтобы сломать на ней оппонентов любыми средствами. А хохлы здесь - самый удобный инструмент, ставящий оппонентов на неразрешимую растяжку. Вынуждающий их самостоятельно выбирать, в каком из жизненно важных для них вопросов терпеть стратегическое поражение.
Это, разумеется, не значит, что вопрос с подаяниями закрыт навсегда и бесповоротно. Предметом того или иного, но непременно проигрышного для демократов, компромисса он в теории может стать в любой момент, с достаточно быстрым, в срок порядка недели, оформлением под ключ. Вопрос по большому счету во времени, которое потребуется действующей администрации, чтобы принципиально признать факт своего поражения и определить минимально приемлемые для себя его параметры. А заставить себя посмотреть до дна в глаза реальности - занятие субъективно тяжелейшее, и в первую очередь, пожалуй, именно поэтому совсем нельзя исключать, что вопрос зависнет на недели или даже месяцы.
А пока он висит, темпы истощения бандеровцев на фронте будут продолжать расти: сколько ни дави на европейских холуев, полноценно заменить американские поставки им нечем. Где та грань истощения, за которой наше командование решит, что пора, увидим только постфактум.
Но сейчас мы не форсируем ничего, включая частоту выгребающих остатки боезапаса ПВО воздушных ударов по тылам - по прошлому и позапрошлому году всем памятно, что их периодичность может быть гораздо выше. И это "не форсируем", скорее всего, значит, что работаем и будем работать по своим планам, то есть своим темпом, и даже вылезшие у противника очевидные проблемы не вынуждают нас ни с чем торопиться.
Отсутствие как необходимости, так и желания импровизировать, чтобы проэксплуатировать эти их проблемы в моменте, само по себе подтверждает, что наше планирование допускает любой физически возможный уровень поддержки хохлов. И не ставит в зависимость от этого уровня ни наши текущие задачи, ни тем более исход всего оставшегося.