1
Итоги года? В глобальной партии, что началась два года назад в Ухане, завершена стадия дебюта: фигуры расставлены кто как хотел и как сумел, и прямо на глазах начинается очень острый миттельшпиль. Эта доска многомерна, за ней сидят минимум четыре игрока плюс бытие, которое делает и будет делать свои ходы, усложняя игру всем, причем всем по-разному.
Миттельшпиль вытекает из дебюта в момент (и мы находимся именно в этой точке), когда развертывание фигур закончено, неоспариваемого пространства на доске больше нет и целеполагание игроков переключается на прямое воздействие своей силой на слабости соперника. Понимать этот образ надо не только буквально: по самой меньшей мере с поправкой на то обстоятельство, что бытие постоянно и рандомно подбрасывает новые вводные, от эпидемиологических или природных до биржевых или террористических. Вводные, каждая из которых в той или иной степени меняет не только соотношение сил сторон, но и сами планы игры.
Вызовы со стороны бытия, включая сюда глобальную экономику, набрали такую мощь, что любому из игроков их одних хватило бы с избытком. Но несмотря на это, а еще скорее - именно поэтому, антагонизм между игроками только усугубляется. Слишком плохо совместимы картины мира, слишком мало точек общего согласия, через которые можно простроить хотя бы приемлемый для всех игроков образ будущего, слишком велика инерция привычки решать свои проблемы за чужой счет.
Сказанное не значит, что мир сгорит - при всей сложности обстановки на глобусе нет таких узлов, которые можно было бы распутать лишь путем сжигания. Но почти наверняка значит, что новый год будет годом больших событий - или по самой меньшей мере годом старта больших процессов. Событий или процессов калибра, способного изменить сам стратегический баланс: какой-то из игроков, например, сможет позволить, вернее, устойчиво позволять себе то, о чем вчера не мог и помыслить - и сможет потому, что у другого или других игроков испарится ресурс эффективно контролировать данную позицию.
Совершенно не обязательно, что даже эти сюжеты получатся "горячими": партия, как и доска, многомерна, и та же экономика при участии природы или без такового способна преподнести сюрпризы такой силы, что их самих по себе хватит для слома баланса. Но независимо от конкретного сценария запас внутренней прочности у каждого из игроков будет среди самых весомых факторов, определяющих ход и исход игры.
Еще год назад я бы сказал, что с этим у нас все вполне хорошо, хоть само по себе, хоть в сравнении с друзьями и партнерами. Сказать это сейчас было бы нечестно.
Взбурлившему в уходящем году концентрированному мракобесию (антиваксерство - его самое яркое проявление, но далеко не единственное) нет другого названия, чем наша стратегическая слабость. В рамках исходной метафоры это сила, которой если дать разгуляться, то вся интрига сведется к тому, поставим ли самим себе мат в один ход или в два.
Если зарубпартнеры еще не осознали, что во всем обозримом будущем у них нет и не будет более удобного плацдарма для масштабной внутренней раскачки, это многое говорит о качестве их управления конфронтацией. Но надеяться, что этот прикуп они так и не заберут, нельзя: слишком очевидно, что светлые люди как ресурс не идут с мракобесами ни в какое сравнение. И поэтому конспирологов, ультраконсерваторов и прочих сектантов раньше или позже начнут накачивать и деньгами и темниками, лепя из них политическую силу с претензией на альтернативный курс - тот самый, с матом самим себе в один или два хода.
Даже неплохо, что эта угроза проявила себя накануне, а не в разгаре по-настоящему больших событий. Время ее оценить и купировать есть. Но задача здесь будет сводиться далеко не только к тому, чтобы установить и отработать кандидатов в вожди и активистов. Их социальной базе предстоит помочь (имен