1
| Переслано из: <Fuck you That's Why> |
Двадцать восемь лет я жил под сенью вулканов. Их было целых три – Авачинский, Корякский и Козельский. Это как в огромной гостиной, где у тебя вместо террасы – океан, а вместо северной стены – вулкан.
По вершинам Авачи мы судили, когда кончается лето: как только она в первый раз покрывается снегом – всё. На Камчатке так живут – у тебя или домашний вулкан, или домашний океан, или то и другое вместе. Ну а как можно жить без вулкана на горизонте?
Вообще-то, «вулкан» – понятие философское. Вот некоторые говорят, что на Камчатке 28 действующих, но учёные люди из Института вулканологии (единственного в стране, что на бульваре Пийпа в Петропавловске) вам объяснят, что, строго говоря, нет понятия «потухший вулкан». Любой из них начнёт извергаться опять, когда ему будет надо. И поэтому вулканов на Камчатке можно насчитать от ста до тысячи.
Вот я, скажем, был на сорока пяти. Только на один из них зашёл пешком и больше не хочу. Всё остальное – строго на вертолётах. Это кайф для молодого журналиста областной газеты «Камчатский комсомолец», когда тебе утром звонит командир Ми-8 и говорит: «Тут геологи едут в Атласово, поехали с нами». И ты срочно на такси валишь на Халактырский аэродром, прыгаешь в машину – и полетели.
А километре на сотом Владимир Петрович Самарский – выдающийся вертолётчик, легенда Камчатки – говорит: «Садись к нам в кабину, я тебе кое-что покажу» и сваливает с курса. Просто чтобы показать какой-нибудь удивительный вулкан или сумасшедший горный массив, который в полуденном свете выглядит точь-в-точь как древний город, только без людей. ДАЛЕЕ ТУТ: https://absatz.media/mneniya/44679-klyuchevskoj-vopros-kakoe-delo-yunesko-do-kamchatki