1
| Переслано из: Кристина Потупчик |
Посмотрела Красильщика, хотя было иногда сложно в этом сумбуре что-то разобрать. Человек не понимает, что он совок, потому что с малых лет сформирован в среде, где верят в коллективную ответственность, подписывают петиции, коллективные письма, разбирают отклонившихся на собраниях в фейсбуке, «выражают позицию», требуют от других «занять сторону», ликуют, посыпают голову пеплом и каются по команде. В 30 лет, прочтя книжку Авена о Березовском, он с удивлением вдруг обнаруживает, что никаких «святых девяностых», культ которых царил в его семье, не существовало.
Он спокойно может как человек из ЦАО каяться за всю нацию, сидя в «кооперативе Чёрное». И уже сидя в Тель-Авиве может давать советы человеку из Екатеринбурга, что тот должен делать и что должен чувствовать прямо сейчас. Он привык, что деньги приходят как бы из ниоткуда и за них сильно не надо отчитываться, можно писать и делать, что хочется. И удивляется, что у других не так. «Я добр, но никому добра не сделал».
Последний штрих — «у меня остаются отношения с «Яндексом», но должных обязанностей нет, про разговоры с Воложем говорить не буду». А потом «надеюсь, никогда не буду пинать «Яндекс».
Такие персонажи как лакмусовая бумажка, конечно. В динамике он весьма характерен. Будем наблюдать. Говорят, крысы очень злятся, когда корабль, с которого они сбежали, никак не тонет. Хорошо, что такие уезжают. Пустое поколение ситуативных конформистов, избалованных госденьгами и сотрудничавших с государством, которые всегда держали камень за пазухой. В качестве противоядия можно посмотреть Биковича.