1
Важно понимать, что по итогам всей этой лицемерной чудовищной истории пиздеца, мы имеем одно крайне важное последствие для России и для всего мира: даже в случае гипотетического прихода более ласковых и добрых людей к власти в России после Путина, какими бы ласковыми и добрыми они не были, ни доверия Западу, ни веры в Запад больше не будет.
Максимум, чего можно добиться, так это конвертации горячей войны в холодную.
Запад наделал такое критическое количество ошибок и глупостей, что всем уже совершенно понятно, что отношения с ним можно строить только на основе совокупности чётких, максимально детальных контрактов. Никаким вот этим нашим мидовским формулировкам в духе "при том понимании..." и "с очевидностью..." больше нет места в дипломатии.
Подорван и фундамент этой чудной концепции rules-based international order - тот фундамент основывался [по крайней мере, декларативно] на либеральных ценностях, а эти ценности, как оказалось, носят для Запада отнюдь не абсолютный характер, но в действительности их имплементация в практическом русле возможна исключительно "под условием", причём, эти "условия" носят совершенно непредсказуемый характер и не основываются ни на какой логике. Говорить в таких условиях о предсказуемости внешней политики Запада вообще невозможно. Это примерно как иметь дело с человеком, которому даёшь, например, слиток золота по доброте душевной, а он его с радостным воплем бросает с моста в проходящий под ним по реке катер, убивая при этом капитана. Можно ли было предсказать такое поведение блаженного визави в момент передачи ему слитка золота? Нет, нельзя.
В этой связи, при моей, например, власти, за основу внешней политики было бы принято следующее.
Мы имеем СВО. Хотите, отменим? Вообще не проблема, хоть сейчас. Давайте для начала определимся со стандартами демократии, со стандартами прав человека, вы же так много о них говорили. Давайте примем эти стандарты в письменной форме на Генассамблее ООН.
Давайте введём механизм обязательного применения санкций надгосударственными объединениями в отношении государств-членов за нарушение прав человека, вытекающих из международных обязательств [привет, рамочная конвенция о защите национальных меньшинств]. Мы прекратим СВО немедленно, как только получим даже не гарантии, но реальные механизмы несилового воздействия на те государства, которые плевать хотели на свои международные обязательства. В качестве жеста доброй воли, мы бы взяли на себя роль ведущего борца с международным терроризмом [я почему-то уверен, что в момент проведения подобных переговоров международный терроризм развил бы такую активность, что многим бы стало не по себе].
Вот примерно так.
А дальше пригласить Президента США в Завидово, выпить водки, покататься на машинах, посидеть на лавочке, выпить водки ещё раз и всё решить полюбовно. Думаю, к этому моменту Президент США был бы уже готов к любви.