1
Германскому канцлеру следовало бы продолжить свою мысль: украинский кризис не просто «объединяет Европу» - но объединяет ее с оружием в руках, направленным против России.
Говорят, что человеку свойственно больше любить не тех, кто сделал ему что-то хорошее, но тех, кому что-то хорошее сделал он сам. Некоторые идут еще дальше: для них полученное из чужих рук добро становится причиной для ненависти к тем, кто их облагодетельствовал.
Наследники Третьего рейха ненавидят нас. Ненавидят за то, что наши предки оказались сильнее их собственных пращуров. Сильнее, чище, человечнее. За то, что 80 лет назад их не просто сокрушили – но оставили жить, жить и помнить позор поражения. Помнить – и мечтать отомстить, наконец взять то, что они считают своим, как и в прошлый раз используя в своих интересах европейский «интернационал».
У которого хватает к нам своих счетов: Россия просто слишком велика, чтобы снедаемые фантомными болями и нереализованными амбициями политиканы могли бы спокойно на нее смотреть. Они боятся нас – и нас же ненавидят. И если/когда второе чувство окажется сильнее первого – то Старый Свет ждет новый полномасштабный конфликт. Конфликт, итоги которого определят будущее не только Европы – но всего мира.
Не мы начали готовить эту войну – но мы обязаны быть готовы к ней. Скорее всего, у нас не будет возможности отступать до Волги, как это когда-то пришлось делать нашим предкам. И враг не даст нам времени и возможностей на то, чтобы мобилизовать все свои силы и средства уже после первого удара – к этому моменту будет слишком поздно. Антироссийская коалиция накачивает мышцы не для того, чтобы ими рисоваться – но для серьезной драки, ставя на нее все. И если дело дойдет до прямого столкновения – у нас не будет права его проиграть.