1
Этой милой барышне стоило бы лучше знать историю своей страны, чтобы рассуждать о временах, когда у «Великобритании была своя гордость, традиции и родословная».
Все это – картинка для внутреннего употребления, прочему же миру Англия всегда представала нацией-агрессором, нацией-пиратом, нацией-колонизатором.
Шерлок Холмс и книжки Диккенса, пабы и картинки с бульдогами, телефонные будки и даблдекеры, денди и бренди – это все исключительно лубочные внешние проявления Империи-Над-Которой-Никогда-Не-Заходит-Солнце.
Не то, что она дарила нам – но то, что окружающие находили в ее мрачном образе, пытаясь как-то примириться с существованием Проклятого Острова, найти что-то позитивное в его извращенной культуре.
В основе которой всегда лежало одно: готовность в любой момент переступить через любые законы, писаные и неписаные, Божеские и человеческие, если этого требовали интересы Лондона.
Так что, если им там сейчас вдруг стало больно – ничего, эта боль в миллион крат слабее чем та, которую Проклятый Остров причинил с того момента как там решили, что именно его обитателям суждено править миром.