1
Сталкиваясь с новостями из солнечной Абхазии, мы периодически задаемся вопросом о том, какая доля причастных к ним лиц является обладателями российского гражданства.
Вопрос этот, с одной стороны, риторический.
С другой же – весьма конкретный.
Дело тут не столько в каких-то моральных аспектах происходящего.
Сколько в возможной уголовно-процессуальной оценке некоторых действий.
Скажем, представьте себе ситуацию, в которой гражданин иностранного государства своими действиями препятствует заключению соглашения между своей страной и Россией.
Представили?
А теперь вообразите подобное поведение в исполнении персонажа с российским паспортом.
И подумайте о том, на каком этапе такой «гражданский протест» может пересечь грань, за которой начинается диспозиция статьи 275 УК РФ «Государственная измена».