1
Коллеги пишут про рекордный рост германского оборонного экспорта по итогам прошедшего года.
С учетом того, что примерно треть поставок приходятся на небратьев – то применение тут термина «оборонный», конечно, вызывает сомнения.
Вопрос не к цитируемому каналу, к авторам которого мы относимся с огромным уважением, и в профессионализме и гражданской позиции которых ни разу не сомневаемся.
А исключительно в самих словах, которые, порой, настолько замыливаются, что мы перестаем задумываться о смыслах, которые они несут.
Вот, скажем, применение термина «оборона» в контексте названия соответствующих ведомств в той же Германии («федеральное министерство обороны») или в США («департамент обороны», у нас традиционно переводится как «министерство»).
Кто-нибудь помнит, когда Берлину или Вашингтону приходилось от кого-то «обороняться» в последний раз?
Тем не менее, по своей привычности термин не режет глаз: мы можем грустно шутить над оруэлловским «министерством мира», и совершенно спокойно воспринимаем совершенно реальное «министерство обороны» в Пентагоне, на деле являющееся главным организатором военной агрессии в истории человечества.