Перейти в канал

ТЕСНЫ ВРАТА

1
Еще очень важно рассказать о том, насколько святитель Иоанн Златоуст был свободен от властолюбия и человекоугодничества. Ни у кого не вызывало сомнений, что он — пламенно верит и употребляет все силы на благо Церкви и своих духовных чад. Именно за эти качества в 397 году его призвали в Константинополь на архиерейскую кафедру. Но столичная жизнь и служение в столице — неразрывно связаны с кровавыми хитросплетениями политики. Здесь непрерывно идут сражения бесконечной войны за умы и сердца. Мог ли Иоанн вступить в эту битву? — По своим способностям, талантам, любви народной — он, безусловно, мог играть важнейшую роль. Стать, скажем так, видным полководцем… Но его человеческие качества, его вера во Христа, как главную и единственную Цель жизни, — не позволяли архиепископу погрузиться в интриги. Нужно заметить, что Иоанн Златоуст всегда пытался примирить противников, сгладить противоречия там, где это было возможно. Он охотно жертвовал своим комфортом, всем, что имел, ради примирения. Но эта добродетель никогда не обращалась в чинопочитание, лицеприятие, душевную слабость. Когда этого требовала совесть (глас Божий в человеке), он обличал власти, сопротивлялся, не шел на сделки. Такого Константинополь простить не мог и не простил. Чудовищные обвинения обрушились на святителя. Его осудили, потом отменили приговор, но вскоре Иоанн Златоуст выступил против императрицы Евдоксии, сравнивая ее с беснующейся Иродиадой. Силы подвижника Христова и Византийского двора были явно неравны: архиепископа Константинопольского низложили, взяли под стражу и отправили в изгнание. Иоанн Златоуст скончал свои дни вдалеке и от столицы, и от родной Антиохии. Сначала он жил в городке Кукуз (недалеко от современного города Трабзон в Турции), но потом его враги решили усилить мучения изгнанника, переправив его в Питиун (нынешняя Пицунда). До последнего пункта своей ссылки 60-летний архипастырь не добрался. Он почил, испив положенную ему чашу страданий и осияв весь христианский мир благодатью, дарованной ему Господом.