108
В танк попали 20 раз, а он продолжал бой
… Через экран триплекса окружающий мир воспринимается совсем по-другому. Нет в нём ни ярких солнечных красок, ни очарования весеннего утра. Только серые угловатые тени, каждая из которых может оказаться вражеским дотом.
Под гусеницами боевой машины трава высотой в человеческий рост моментально прижималась к земле. Надсадно гудел дизельный двигатель.
Андрей связался с командиром танка, следующего в колонне прямо за ним.
– «Омск», я «Ветер». Вижу окопы противника. Держи дистанцию, оставайся в низине, вперёд не лезь, – скомандовал офицер.
И тут где-то под днищем боевой машины раздался взрыв – сработала противотанковая мина. Башню заволокло пылью.
– Все целы? – прокричал «Ветер», обращаясь к членам своего экипажа.
– Целы, – в один голос ответили «Знахарь» и «Мариец».
– Система управления огнём не повреждена, – сразу же добавил наводчик.
Обездвиженный танк замер на вершине холма, чуть-чуть не доехав до вражеских позиций. «Как на ладони», - успел подумать Андрей, и в этот момент прозвучал первый выстрел со стороны противника. Его будто все и дожидались, тут же по командирскому танку стал вестись плотный огонь с нескольких направлений.
– Работаем! – «Ветер» не узнал своего голоса, столько в нём было боевой злости и напора.
Вздрогнула многотонная машина, загудел, словно колокол, ствол пушки. Андрей без промедления дал целеуказания. И снова выстрел! Разлетелся вдребезги вражеский дот. Выстрел! Смело с лица земли расчёт птуристов. Выстрел! Пламя поглотило окоп, в котором находились гранатомётчики.
Гудела и плавилась броня, принимая на себя многочисленные попадания. Т-72БЗМ напоминал одинокиймогучий дуб, в который во время грозы со всех сторон бьютмолнии. Он горит, но не ломается. Так и танк, хоть и сотрясаемый вражескими ударами, продолжал отвечать огнём на огонь.
Выстрел! Ещё одна огневая точка уничтожена. Выстрел!Очередной дот превратился в пыль. «Ветер» потерял счёт времени, ему казалось, что бой длится уже целую вечность, хотя прошло не больше десяти минут.
– Командир, остался один снаряд, – доложил «Знахарь».
Андрей обернулся к наводчику, посмотрел ему прямо в глаза, потом твёрдым, уверенным голосом скомандовал: «Огонь!»
Выстрел! В одном из окопов от прямого попадания сдетонировали боеприпасы.
«Вот и всё, - горько усмехнулся старший лейтенант. – Обездвижены и безоружны. Но не сломлены!»
Трава вокруг танка горела вовсю, в небо тянулись клубы дыма.
- «Ветер» - «Омску», - разорвал радиоэфир знакомый голос. – Держись, дружище, иду на помощь.
- Не сходи с моей колеи. Здесь мины, - предупредил товарища Андрей.
Боевая машина подлетела к обожжённому и искалеченному танку, прикрыла собой от вражеского огня. Для этого ей пришлось выскочить на минное поле, но «Омск» шёл на осознанный риск, понимая, что по-другому помочь командиру роты у него не получится.
- К машине! - скомандовал «Ветер». Воины выскочили наружу и под прикрытием братского танка стали отползать, вскоре они смогли запрыгнуть на броню, Т-72БЗМ сорвался с места и быстро покинул объятый пламенем холм…
… Андрей заканчивает свой рассказ и замолкает, о чём-то задумавшись. В тот раз он о многом не упомянул. Например, что в его машину пришлось больше 20 попаданий из гранатомётов и птуров. Или что в том бою его экипаж уничтожил около 70 боевиков ВСУ. Обо всём этом я узнал уже позже.
С Днем танкиста всех причастных!
Читай окопную прозу «Адлера» на сайте Комсомолки
Читай меня в Мах
@sashakots