1
Когда объявили это выступление, премьер Чжоу направил записку Хрущеву: «Не пора ли остановиться, товарищ Хрущев? Вы забыли, что назывались в партии и стране «соратником и учеником Сталина», что Вы вносили его саркофаг в Мавзолей?»
Однако Хрущев не среагировал. И, одновременно с «моноспектаклем» на съезде некоей современницы Ленина Чжоу Эньлай покинул съезд.
Глядя из Лондона
С учётом упомянутого, весьма примечателен по поводу того же события материал BBC – уже весьма свежий, от 31 октября 2016 года:
«...По мистическому совпадению, в англосаксонском мире в те же часы отмечали Хеллоуин, когда Сталина убрали из мавзолея». Любопытное совпадение – может, не случайное?
...По обычаю советских идеологических кампаний, с предложением перезахоронить Сталина за несколько недель до съезда выступили Кировский и Невский машиностроительные заводы в Ленинграде и московский электромеханический имени Владимира Ильича.
...30 октября, в последний день работы съезда, первый секретарь Ленинградского обкома И. Спиридонов предложил «переместить прах Сталина из Мавзолея». Его поддержал московский коллега Пётр Демичев».
Следом должен был так же выступить тогдашний глава ЦК компартии Грузии В. Мжаванадзе. «Но Мжаванадзе явился на заседание с шарфом на шее и едва прошептал Хрущеву, что простыл и потерял голос. Выйти на трибуну пришлось главе правительства Грузии Гиви Джавахишвили, который лишь кратко поддержал Лазуркину, Спиридонова и Демичева. Подытожил эти мнения сам Хрущев, и все на съезде проголосовали единогласно».
Между тем дом и дачу Г. Джавахишвили в Грузии в 1962-м, одновременно ночью, сожгли дотла (обошлось без жертв: тамошние обитатели были в отъезде). Поиск же виновых в поджоге так и не состоялся, хотя поиск формально объявили...
«...Утром 31 октября граждане прочитали о решении насчёт Сталина в советских СМИ, но дата выноса не сообщалась. В ночной операции участвовали около 30 человек. Распоряжался председатель комитета партийного контроля при ЦК КПСС Н. Шверник. Мжаванадзе, включенный в комиссию по организации похорон, прислал вместо себя того же Джавахишвили».
А в 1970 году на могиле Сталина установили бюст работы скульптора Н. Томского. Вероятно, это было сделано для примирения с Китаем.
Китайские «герои» и подвиги
Что же касается китайской позиции, «трепетная любовь Мао к «вождю и учителю всех народов», по оценкам осведомленных экспертов, существовала лишь в воображении советских сталинистов». И ведь с оценкой BBC пекинского «просталинизма» даже незачем спорить.
Взаправду, это очень по-китайски: форсировать политический – по сути, военно-политический союз с США с начала 70-х против СССР, сотрудничать даже с антисоветской эмиграцией – в сочетании с официальной защитой Пекином личности Сталина и с переизданиями в КНР его произведений на многих языках, в том числе на русском (Наши диссиденты делу Маркса–Энгельса–Ленина–Сталина–Мао были верны) – это ли не кощунство?
Это в полной мере изобличил Энвер Ходжа в начале 80-х:
«Преступление Хрущева не только в том, что он надругался над Сталиным, идейно обезоружив, обесчестив партию и всю страну, равно как и другие соцстраны и их компартии. Тем самым, он позволил китайским перевёртышам, особенно после ухода Мао Цзэдуна, использовать «почитание» в КНР Сталина для смычки с империализмом. Что ещё больше дискредитировало Сталина. Сами американцы отмечают «уникальное искусство» Пекина по соединению защиты Сталина с империалистической политикой китайских двурушников».
В Китае о территориальных претензиях к СССР начали говорить – сперва исподволь – ещё в 1962 году. А затем фактически официально дополнили своё якобы осуждение антисталинской линии Кремля смелыми притязаниями уже чуть ли не на всю азиатскую часть СССР.