1
Я бросаю трубку. Нет, это мой приятель бредит. Что за ужасное слово — «ютьюб»? Хотя это полбеды. Но чтобы сейчас, в середине 80-х, кто-то распевал матерные песни и это слушала вся страна? Ну, представим, что в «Утренней почте» Вячеслав Добрынин вдруг запоёт такое — нет, бред, бред! Да, у нас есть непристойные анекдоты, но их рассказывают негромко и в узких компаниях. Хотя некоторые девушки сильно краснеют при этом.
И ведь мы действительно так жили!
И вот я иду от друга, под мышкой держу пакет с винилом, который он дал мне послушать. Иду по зимнему городу, у меня новые пластинки, я радуюсь. Как мало нам было надо для счастья. Чёрный круг с дырочкой. Никакого «ютьюба», никакого интернета, никакого вайфая. Только свежий морозный воздух и разговоры с друзьями. Мы очень много разговаривали, мы очень часто встречались. Мы искренне друг по другу скучали. Мы часто видели глаза наших друзей. Неужели мы так жили?
А мимо идут люди, они несут и несут ёлки, мне очень нравится, что так много людей с ёлками. И как пахнет в метро! Скорее домой.
… Мама кричит с кухни: «Чай будешь?». «Ща, мам, в фейсбуке отвечу!». Но нет. Нет никакого фейсбука. И компьютера нет. А мама есть, вот она, с новым журналом. «Мам, что за журнал? «Гламур»? Мама в 1984 году смотрит на меня удивлённо: «Ты о чём? Это «Юность», на работе взяла у девчонок, рвут из рук.
Мама включает телевизор: «Сейчас Ургант начнётся!» Тут уже я смеюсь: «Мам! Какой Ургант? Ему сейчас всего шесть лет! И телевизор у нас чёрно-белый. Выключай! Поболтаем».
Нам совсем не нужен телевизор, смотреть там нечего. И это счастье, на самом деле.
Мы с мамой просто пьём чай и болтаем. О том, что моя девочка опоздала, но всё-таки пришла; о новых пластинках, что я принёс; о новом романе в «Юности», который я тоже хочу прочитать; о том, что скоро Новый год и к нам придут соседи Петраковы, будет шумно и весело. Соседи нам как родственники.
Болтаем с мамой допоздна. И нам никто не мешает, нигде не пищат смартфоны, никто не шлёт мне «приколы» в ютубе, я никому не должен отвечать, не должен выкладывать фотку в инстаграме «Вечерний чай». Мы живём своей маленькой жизнью. Нас никто не тревожит. Мы просто разговариваем с мамой, лишь очень тихо по радио играет какой-то концерт Рахманинова.
Неужели мы так жили?
Алексей Беляков