1639
распахнула его и увидела Анечку. Я протянула руку, чтобы заманить ее, когда она схватила меня и дернула на себя. Дверца холодильника захлопнулась, и я оказалась в темноте. Я закричала, стала биться о дверцу, но она не открывалась, не знаю почему, ведь защелки на ней точно не было. Я стала громко плакать, потом почувствовала возле себя движение и обернулась.
Меня нашла бабушка, она вышла позвать меня обедать и увидела, что двор пуст. Зная, что без разрешения я не уйду, она обыскала все дворовые постройки и похолодела, поняв, что я могу быть только в одном месте. Меня вытащили почти задохнувшуюся, без сознания, ведь те старые холодильники невозможно было открыть изнутри и они не пропускали воздух. Выйди бабушка на полчаса позже — меня уже не спасли бы.
В больнице, когда я пошла на поправку, то рассказала, как было дело, рассказала про Анечку, как она меня затащила внутрь холодильника. Бабушка только недоуменно качала головой и сказала родителям, что никакой девочки у нас на участке не было, все эти дни я играла возле забора одна. Родители решили, что я сама заперла дверцу холодильника каким-то образом и все мои рассказы лишь галлюцинации от кислородного голодания.
Но это не галлюцинации. Я помню Анечку, несмотря на то, что прошло почти 20 лет. Я помню ее лицо там, в темноте холодильника, ее вытаращенные глаза, широко раскрытый рот, посиневшее от удушья лицо. Я помню, что обещала всегда дружить с ней и быть рядом. Я помню.