1823
Когда я все это осознал, по спине пробежал нехороший холодок: вспомнились сразу и детские страшилки, и жуткие истории про сатанистов-наркоманов, которыми тогда пестрили газеты и телевидение. Резко прибавив шаг, я постарался проскочить детсад, который в моем разыгравшемся воображении стал ещё более зловещим. Стуки также ускорились.
Наконец, здание адского дошкольного учреждения осталось позади, а впереди замаячила лысина Владимира Ильича. Оставалось пройти через парк, а там уже знакомые дворы. Оказавшись около статуи, я вздохнул спокойно... и тут же опять подскочил на месте. Во-первых, палкой я уже минут пять как не стучал, а звуки — по крайней мере, пока дорога была асфальтирована — не прекращались и даже ускорялись, словно не желая отстать от меня. Во-вторых, в парке единственным покрытием служила трава, ибо все остальное уже давно вынесли. Это значило, что теперь я не смогу определить, где находится этот псевдоконь. Сложив два и два, я выронил палку и рванул прочь, затылком чувствуя чей-то тяжелый взгляд. Ощущение того, что за мной кто-то следит, не ослабевало, а когда сзади послышались звуки шуршащей и сминаемой травы, я ускорился примерно до первой космической скорости. Остановился я, только оказавшись внутри родного двора. Естественно, тут же рассказал все родителям. Отец немного удивился, а потом напомнил, что ворота в конюшню, вообще-то, на ночь закрываются и закрывал сегодня он их сам. Так что либо конь умеет открывать тяжеленные деревянные двери, либо это все моя буйная фантазия. Мама же просто покачала головой и вздохнула.
Ночь выдалась неспокойная: все время казалось, что в окна кто-то заглядывает или что кто-то стоит около входной двери. Разумеется, утром я пошел обратно за своей «тростью». Найти её так и не смог, как и каких-либо вещественных доказательств вчерашней погони. Парням так и не решился ничего рассказать из страха, что засмеют.
Хотел бы добавить, что потом я нашел старого деда, который рассказал легенду или случай, подозрительно похожий на мой, но увы... Хотя, конечно, баек от местных жителей я наслушался более чем достаточно в процессе расспросов: и про полуночную рыбалку, и про пропавшего участкового, и про дохлых кур, и про обитателей заброшенных домов, и про беглых срочников... Возможно, моя собственная история объясняется очень прозаично, но испугался я тогда очень сильно и так и не смог для себя отыскать рациональное объяснение.