1534
вздоха. Архивные ударницы наперебой начали рассказывать о странных случаях, все видели и слышали одинаково, кроме того, документы теряются, мешаются с другими, возникают на старых или новых местах, канцелярская мелочь переставляется и по столам, и в ящиках, личные вещи тоже путешествуют. Жаловалась на выключение света и уборщица, а также на мокрые следы на полу, не босых ног, а обуви на платформе (зимние сапожки «на манной каше» были необыкновенно популярны). Следов не видели или не обращали внимания, жалобы относили к выдумкам старой ворчуньи. Наконец уборщица решила предпринять меры: расставила иконки в углах помещения, обрызгала стены святой водой с молитвой. Начальница больше для порядка заквохтала: «Нина Фёдоровна, прекратите это мракобесие, ну что вы делаете?!» В ответ услышала: «Мракобесие не святая вода, а пол загвазданный и неуважение к чужому труду. Эх, девки, нет бы спасибо сказать, я Тамарку нет-нет, да и встречу, ходит она здесь, хотите её увидеть, что ли?»