509
И поначалу в экономике оно действительно так работает, потому что накопленная ресурсная база позволяет на некотором временном отрезке выдавать нормальный экономический рост путём ударного производства широкого спектра продукции – и сельскохозяйственной, и нефте-газовой, и транспорта, напомним, Аргентина так-то страна небедная по мировым меркам.
Но через некоторое время такая схема ударного роста даёт побочку.
Во-первых, отсутствие притока иностранных инвестиций сопровождается отсутствием притока и иностранных технологий тоже – и через некоторое время собственное производство начинает в технологическом плане уступать международным конкурентам, которые между собой результатами прогресса обмениваются куда более свободно. Плюс, отсутствие импорта само по себе убивает внутреннюю конкуренцию и любые стимулы к развитию: к тому, чтоб делать быстрее, дешевле и качественнее.
Как результат, сегодня из известной аргентинской продукции в мире более или менее знают аргентинское мясо, сою и Лионеля Месси, хотя ценных ресурсов в Аргентине значительно больше.
Во-вторых, если в какой-то момент на взлёте автаркии внутренний рынок перенасыщается товарами, они становятся менее дефицитными, их стоимость неизбежно падает, что делает их создание менее выгодным для производителя, который в развитие средств производства и масштабирование не особо вкладывался, потому что – зачем? Твой рынок и так закрыт от внешней конкуренции, работай себе в спокойном режиме.
Далее – цена продукции падает, следом падают доходы сотрудников компаний-производителей, падает покупательская способность, люди чаще приобретают товары первой необходимости и реже имеют возможность отложить деньги в банки. Это уже не очень хорошая ситуация – но пока что не запущенная, поэтому национальное правительство начинает прибегать к дополнительной эмиссии. И за её счёт купировать негативные эффекты в экономике.
Для примера чисто. Сегодня в Европе за электричество жители платят что-то около 40-50 евро в месяц. Везде по-разному, конечно, в Германии во второй половине 2022 года было и 116 евро у некоторых, пишут, но не будем брать крайности.
В Аргентине житель будет платить за электричество около 4-6 евро (если считать в евро).
Широкая система государственного субсидирования и государственных льгот, по сути, тащила аргентинскую экономическую модель на протяжении то ли последних 50, то ли 60, то ли 70 лет – смотря как считать – и в итоге эта модель любопытно закольцевалась.
Если вы посмотрите на график роста ВВП в Аргентине за последние пятьдесят лет, то он чуть ли не каждые полтора года фигачит вверх-вниз, вверх-вниз, периоды быстрого роста сменяются периодами быстрого падения.
Это денежные вливания – эмиссия и чуть позднее кредитование по линии МВФ – в моменте разгоняют зарплаты и производство, но из-за затянувшейся попытки в экономическую обособленность от внешнего мира всегда ненадолго.
Потому что искусственный рост зарплат автоматически делает более дорогим и местное производство, и, следовательно, конечный продукт для потребителя. И через некоторое время экономике опять требуется денежная эмиссия.
Собственно, таким образом аргентинцы и доехали до инфляции в 121% в этом году. На практике 121% годовой инфляции – это когда ты с утра покупаешь в магазине говядину по одной цене, а вечером в том же магазине тот же вес говядины уже может стоить в полтора раза дороже.
Автаркия, чё, круто.
В такой ситуации население естественным образом старается бежать в твёрдую валюту, из которой ближе всех и понятнее им американский доллар. Просто потому, что он стабильнее, чем песо, доллар можно хранить в матрасе и под подушкой – и на следующий день он гарантированно будет стоить ещё дороже и на него можно будет купить, по крайней мере, то же количество товаров, что и вчера.