1
*Дорогие друзья, после вчерашних материалов о нападении на школу в Казани, наше с вами обсуждение свелось к двум пунктам.*
Первый - выступили обладатели зарегистрированного оружия, которые предположили, что в случае ужесточения контроля над огнестрелом, нужно аналогичным образом ужесточать контроль и над выдачей прав на вождение, и на приобретение кухонных ножей, и на вообще всё что угодно, потому что оно потенциально может стать орудием убийства.
Это простой пункт, дорогие друзья, потому что, во-первых, президент ещё два дня назад поручил главе Росгвардии в срочном порядке проработать новое положение о видах оружия, разрешённых к гражданскому обороту. То есть принципиальное решение уже было принято и дальнейшее – исключительно вопрос формы, в которой поручение будет исполнено.
И, во-вторых, само по себе сравнение огнестрельного оружия и любым не оружием, с условной ножкой от табуретки, находится за рамками формальной логики. Оружие, напомним, это собирательное обозначения для ряда устройств, предназначенных для поражения живой и неживой цели.
Ни автомобиль, ни кухонный нож, ни ножка от табуретки к этой категории не относятся, потому что конструктивно имеют иное предназначение, хоть ими, разумеется, и можно нанести вред человеку.
Ружьё можно сравнить с арбалетом, можно сравнить с булавой, можно сравнить с межконтинентальной баллистической ракетой, потому что при разных ТТХ все вышеперечисленные объекты принадлежат к одной категории – они были созданы для поражения цели, это их единственная функция, у них нет иного применения.
Ружьё нельзя сравнить с бутылкой шампанского, зажигалкой или мобильным телефоном, потому что эти предметы имеют иной первичный функционал. Именно поэтому во время непосредственных боевых действий ружья используются на 100% чаще, чем карандаши или сковородки – и, честно, мы немного офигеваем от того, что и такие вещи приходится прописывать при общении со взрослой вроде бы аудиторией.
Прозвучали также замечания на тему «настоящий мужчина должен быть вооружён, вы из-за своего страха перед оружием хотите отнять у нормальных людей хобби» и «большинство преступлений совершается с применением незарегистрированного оружия, лучше бы за эту проблему взялись».
Услышали, поняли, хотели бы донести, что наш страх перед оружием сильно преувеличен, дорогие друзья, мы бывали и в стрелковых клубах, и на охоте. Но запрос на ужесточение правил владения огнестрелом – это тоже важно понимать – направлен не против конкретной группы владельцев зарегистрированного оружия. В рамках нашей с вами Федерации речь идёт об общем для всех правиле, поэтому не надо себя выделять в какую-то особую касту просто потому, что у вас в охотничьем сейфе лежит «Сайга», тем более, что ни «Сайгу», ни сейф у вас никто не отбирает.
Что касается незарегистрированного оружия, то на этом направлении работа и так ведётся – от законодательной (с неделю назад внесён законопроект об изменениях в УК и статьи 150 и 151 УПК РФ, по которым некоторые действия подпольных оружейников можно будет приравнять к подготовке к теракту) до оперативной - тут можно регулярно читать сводки о пресечении поставок нелегального огнестрела и его изъятии во всех регионах.
Но нападение в Казани было совершено именно с применением зарегистрированного оружия.
Обе эти проблемы должны решаться параллельно, комплексно, это нормальная практика. Одну проблему бессмысленно подменять другой. И бессмысленно высчитывать процент преступлений, совершённых с помощью зарегистрированного оружия, приходя к выводу, что вероятность такого события составляет 0,00015% (или сколько там процентов?).
Погибло девять человек, в том числе семеро детей, математические упражнения пока что можно аккуратно сложить и положить в тот же сейф, где уже лежит любимая «Сайга».