1
*На волнах Орды чуть подлиннее рубрика «Плейлист для Евровидения»*
Дорогие друзья, обратили внимание, некоторые наши современники считают, что песня певицы Манижы для Евровидения очень даже ничего, мол, в эту помойку только такой креатив и надо сгружать: про стереотипное восприятие мизогинами российских женщин или про ещё какое ущемление чьих-либо прав на нашей территории. И с весёлым припевом на английском, типа, мы сильные русские женщины, мы обязательно справимся (с чем, кстати? с биологически обусловленной разницей между полами?).
Это, дорогие друзья, пораженческий подход. Мы по умолчанию принимаем навязанные не пойми кем условия игры, по которым у нас всегда будет всего два результата: либо мы проиграем с нормальной песней, либо выиграем – но с такой, что внукам стыдно напеть будет.
Если мы не можем победить на Евровидении с нормальной песней, единственным правильным решением было бы получить от всего процесса максимум веселухи.
Приходишь к организаторам конкурса, на голубом глазу говоришь, видели, сейчас главная угроза европейской безопасности – неонацистские группировки. Они тебе: да, есть такая проблема, очень актуальная (у них это правда на подъёме сейчас на фоне притока мигрантов). Говоришь: у нас есть отличная песня как раз о борьбе с фашизмом и ксенофобией и ставишь им «Брестскую улицу», она как раз драйвовая очень, припев задорный, легко запоминается. «С боем взяли город Люблин, город весь прошли. И последней улицы название прочли. А название такое, право слово, боевое: Варшавская улица по городу идёт – значит, нам туда дорога, значит нам туда дорога, Варшавская улица на запад нас ведёт».
В современной аранжировке, разумеется, чтоб с синтезатором и фаер-шоу фоном, но без привлечения сил Минобороны. И стоишь с серьёзным лицом, ждёшь, пока организаторы конкурса подгружаются.
«Брестская улица» отбор, конечно, не пройдёт, но это ничего страшного, это ожидаемо. Пишешь потом просто в новостях где-нибудь на RT, что конкурс Евровидение не пропустил песню против фашизма и нацизма – и дальнейшей судьбой публикации даже не интересуешься, это уже их проблемы, почему они нацизм реабилитируют.
Делаешь следующий заход: дети – цветы жизни, все любят детей, у нас есть отличная песня, которую дети обожают. Организаторы, выдохнув после «Брестской улицы», говорят, давайте, показывайте. Тут без вариантов – «Едет трактор» - и в упор на французов смотришь при этом. «По полям, по полям синий трактор едет к нам, у него в прицепе кто-то песенку поёт. А ну, Макрон, давай, попробуй отгадай, кто же, кто же, кто же, кто же песенку поёт?». И тут бэквокалисты такие на сцене в костюмах фермеров – «поскорей снимите квоты орошения полей». Такая вроде детская песня, но с тонким политическим подтекстом. Там 8,5 минут трек длится, можно полный список требований от французских фермеров уложить.
«Едет трактор», конечно, тоже не пройдёт, но ничего страшного. Пишешь потом просто в газетах, что Елисейское лобби забраковало популярную детскую песню из-за упоминания слова «фермер» - и пусть дальше у себя разбираются, почему французские власти боятся собственных агропроизводителей на тракторах. Вообще не наша проблема. Мы просто песню предложить хотели. Может, в детское Евровидение ещё предложим. А пока что на ютубе французскую версию клипа выложим и во все крупные местные издательства разошлём, а то у них в следующем году президентские выборы, пора уже с экономической платформой определяться Эммануэлю.