1
На Западе, в Израиле и в еврейском мире слово весит немало, но тамошние политики и бюрократы конфликтовать изрядно боятся. Завоевал репутацию одного из самых упрямых и недипломатичных еврейских начальников. По умению портить настроение американским госсекретарям, европейским парламентариям и израильским премьер-министрам обогнал всех коллег из бывшего СССР. Впрочем, сошли с рук даже демонстративный уход со встречи еврейских активистов с Биллом Клинтоном и публичное объявление ближневосточной политики США «стратегическим идиотизмом». При всём том, неамбициозен, легко мирился со вторыми ролями. Работать на лидера, однако, готов был только до той поры, пока имел возможность говорить ему всё, что думал. Если не слышали – уходил вместе со своими людьми. Часто наступал на грабли, так что жизненный путь — сплошная серия зигзагов. Впрочем, каждый последующий этап уводил выше и дальше предыдущего, так что не на что жаловаться. Как сложилось, так сложилось. Чего мог, добился. Кто мог, сделал больше.
Был волею судеб поставлен в положение формального лидера еврейской общины страны. «Тапочки» Гусинского и Невзлина, олигархов, амбиции, состояние и уровень связей которых в российской элите превышали собственные на порядки, были изрядно велики. Никогда не мог бы сравнится с ними в умении строить PR, представительствовать и вести интригу. Отчего этим и не занимался. В итоге Российский еврейский конгресс сохранил всё, что имел, и многое приобрёл, но мало кто в России знал, кто им командовал. Знатоки отечественной политики не сомневались, что как только место президента РЕК перестанет гарантировать билет в один конец за границу, кто-то из олигархов сменит на посту, что в итоге и произошло. Сам это отлично понимал и своё президентство в РЕКе воспринимал как долг, исполняемый с уверенной обречённостью. Время пришло, сменили. Сначала на сенатора с криминальными замашками, потом на серьёзного еврейского лидера, а потом на то, что там нынче сидит. Какая эпоха, такие и герои.
По настоящему был хорош как аналитик. Из многих несвязанных на первый взгляд фактов мог выделить главные, охарактеризовать происходящее, описать тенденции и объяснить, что нужно сделать, чтобы события развивались тем или иным образом. Прогнозы, как правило, сбывались. При этом практическая политика, требующая умения вести свою игру и гибкости позвоночника, всегда была неинтересна. Эксперт, «учёный еврей при губернаторе» — это да. Политики и партий сторонился всегда. Идеологические и религиозные клише действовали и действуют, как красный цвет на быка. Как следствие, обречён на то, чтобы быть «своим среди чужих и чужим среди своих». Всегда был вхож в религиозный истеблишмент еврейского мира, хотя уважение к религии сочетал с недоверием ортодоксии. Сантименты по поводу личного знакомства с Любавическим Ребе, в итоге уживались с борьбой против политизации российского Хабада и засилья этого движения в еврейской общине страны. Все своё место должны знать, хотя мало кто в этом мире им согласен удовольствоваться.