1
Странно, наверное, так говорить, но есть ощущение, что самое важное здесь, в тылу, сейчас происходит в госпиталях.
В операционных. В реанимациях. В палатах. В перевязочных. В сестринских. На внутренних двориках, куда худые и бледные бойцы первый раз за много месяцев вышли на воздух покурить. Кто-то на своих ногах, кто-то на костылях, кто-то на коляске.
Они ничем не отличаются от нас. Но они - другие. И очень настоящие. А еще - бесконечно родные и до слез искрение.
Жесткие. Колючие. Как ежики. Но одновременно так нуждающиеся в душевной теплоте, поддержке и уверенности в том, что они - не одни.
И вот эта самая уверенность у них должна быть всегда. И когда они едут на фронт. И, особенно, когда они едут оттуда. Тем более, если обратный путь происходит медицинским бортом.
Поэтому наша задача - дать им эту самую уверенность. И отнюдь не на словах. А еще они должны знать, что свое здоровье они положили не зря и что то, что происходит там, за лентой, важно для нас, для тыла. Что нет двух миров, которые параллельны друг другу. А есть одно общее: страна, народ, цель.
И никто из нас от этого общего неотделим. Никак и нигде. Мы не всегда это понимаем и почти совсем об этом не думаем.
Но именно там, в госпитале, ты видишь тех, кто отдал все и был готов отдать еще больше именно за это общее: за страну, за народ, за цель, за каждого из нас.
И последне, что хочется в этот момент испытывать, глядя им в глаза - это чувство стыда за то, что пока они сначала воевали там, а потом лежали в госпитале уже здесь, мы тратили драгоценное время и силы на мишуру.