1
В далёком детстве N хотел быть инженером-конструктором. В клетках школьной тетради он рисовал жюльверновские механизмы, вроде больших механических птиц, драконов и зубастых восьминогих быков с железными утробами. Он верил: однажды их обязательно удастся сконструировать.
Люди часто желают кем-то стать, когда вырастут. Соблазн чужих прожитых историй велик. Необычайно велик. И всё же в отказе от любых жизненных сценариев присутствует собственная правда. Стремление попасть в сложившийся и закостеневший комок чужого опыта — ошибка. Таков мёртвый мимезис, добровольный выход в циклическую петлю чужой биографии. Как прокрустово ложе, застывшая форма целеполагания будет отрезать куски от ваших надежд и стремлений — пока вы не «впишетесь». Пока не станете очередным прожитым назиданием, примером синтетической опытной матрицы.
Если вы хотите стать пекарем — вы будете всю жизнь печь пироги и умрёте. Хотите стать сапожником — будете всю жизнь тачать сапоги и умрёте. Хотите стать поэтом-футуристом из начала двадцатого века? Вам предстоит бухать по-чёрному, написать несколько тонн нечитаемой макулатуры, основать непризнанную республику на территории соседского сарая, получить пизды и умереть. А может, вы хотите прожить жизнь целого Артюра Рембо? Придётся быть нищенствующим бродягой, шалить с немолодыми литераторами, продавать оружие аборигенам в глухой дыре вроде Танжера, страдать, буянить, упарывать дешёвые вещества и умереть от инфекции в ноге. Как видите, хороших примеров для подражания попросту не существует. И проблема тут вовсе не в смерти. Только лишь в предшествующей ей невыносимой глупости.
А это значит, что нужно одно — всю жизнь быть бесконечным знаком вопроса, тёмной территорией, которую карты обходят многозначительным молчанием. То есть можно быть пекарем и печь пироги — но одновременно придётся кормить крокодилов, писать трёхкопеечную эротическую литературу, лучше всех метать степлеры на сто шагов, разбираться в сепульках и сепулькариях. А может быть, и вовсе превращать выпечку в больших механических птиц, драконов и зубастых восьминогих быков с железными утробами.
Как только честная публика перестанет понимать, что вы вообще делаете с этой жизнью — вы спасены. Мёртвый сценарий отброшен. Впереди безбрежная и безграничная свобода.
Делайте с ней, что хотите.