1
Вопрос о том, следует ли обсуждать религиозные и философские дела в газетах, устраняется его собственной идейной бессодержательностью.
Если такие вопросы интересуют публику уже как вопросы повседневной печати, то, значит, они стали вопросами дня. Тогда вопрос уже не в том, следует ли их вообще обсуждать, а
в том, где и как их обсуждать: в семейном кругу и в салонах, в школах и церквах или же в
печати? Должны ли говорить о них противники философии или же философы, — затемнённым ли языком частного мнения или же просветлённым языком общественного разума?
Возникает вопрос: входит ли в область печати то, чем полна действительная жизнь? Тогда
речь идёт не о том или другом особом содержании печати, тогда выдвигается вопрос общего
характера — должна ли печать быть подлинной печатью, т. е. свободной печатью?
Второй вопрос мы совершенно отделяем от первого: «Должны ли газеты обсуждать политику с точки зрения философии в так называемом христианском государстве?»
Если религия становится политическим фактором, предметом политики, то, повидимому,
излишне даже говорить о том, что газеты не только могут, но и должны обсуждать политические вопросы. Само собой очевидно, что мирская мудрость, философия, имеет больше
права интересоваться царством мира сего, государством, чем потусторонняя мудрость, религия. Вопрос не в том, следует ли вообще философствовать о государстве, а в том, следует ли
философствовать о нём хорошо или дурно, философски или нефилософски, с предрассудками или без предрассудков, сознательно или бессознательно, последовательно или непоследовательно, вполне рационально или наполовину рационально. Если вы делаете религию
теорией государственного права, то вы самоё религию делаете разновидностью философии.
Разве не христианство первое отделило церковь от государства?
https://www.marxists.org/russkij/marx/cw/t01.pdf
Больше постов и видео: https://t.me/inforn9