1
В качестве эпилога к этой речи уместно привести собственные слова оратора: «Писать и
говорить — дело технической сноровки».
Как бы наш читатель ни устал от этой «технической сноровки», мы всё же должны ради
полноты дать место, после княжеского и дворянского сословий, словоизвержениям городского сословия, направленным против свободы печати. Здесь перед нами оппозиция буржуа,
а не гражданина.
Оратор из городского сословия думает, что примыкает к Сиейесу, когда он пообывательски заявляет:
«Свобода печати — превосходная вещь, пока в дело не вмешиваются дурные люди». «Против этого до сих
пор не найдено ещё верного средства» и т. д. и т. д.
Уже одно то, что свобода печати уподобляется вещи, — великолепно по своей наивности.
Этого оратора, вообще, можно упрекать в чём угодно, только не в отсутствии трезвости или
в избытке фантазии.
Итак, свобода печати — превосходная вещь, способная украсить милую привычку бытия,
приятная, отменная вещь. Но, к несчастью, есть дурные люди, которые злоупотребляют языком для лжи, головой — для интриг, руками — для воровства, ногами — для дезертирства.
Превосходная вещь — речь и мышление, руки и ноги, хороший слог, приятные мысли, ловкие руки, превосходнейшие ноги, — если бы только не было дурных людей, которые всем
этим злоупотребляют! Но против этого ещё не придумано никакого целительного средства.
«Симпатии к конституции и свободе печати должны были бы безусловно ослабеть, если бы поняли, что с
этим связаны вечно меняющееся положение вещей в упомянутой стране» (читай: Франции) «и ужасающая неуверенность в будущем».
Когда в науке о вселенной сделано было открытие, что земля есть mobile perpetuum*
, то не
один мирный немецкий обыватель хватался за свой ночной колпак и вздыхал по поводу вечно меняющегося положения своего отечества, и ужасающая неуверенность в будущем сделала ему постылым дом, который то и дело становится на голову.
Свобода печати так же мало вызывает «меняющееся положение вещей», как подзорная
труба астронома — неустанное движение мировой системы. Коварная астрономия! Что за прекрасное было время, когда земля, подобно почтенному обывателю, ещё находилась в
центре вселенной, спокойно покуривала свою глиняную трубку, не утруждая себя даже добыванием света, так как солнце, луна и звёзды кружились вокруг неё, как вечные лампадки,
как «превосходные вещи».
Кто никогда того, что строил, не крушит,
Тот стойко стоит
На бренной сей земле, которая сама
Не стойко стоит.
говорит Харири — по своему происхождению отнюдь не француз, а араб.
https://www.marxists.org/russkij/marx/cw/t01.pdf
Больше постов и видео: https://t.me/inforn9