1
Несовершенное нуждается в воспитании. Но разве воспитание не есть человеческое дело,
следовательно, несовершенное дело? Разве воспитание не нуждается само в воспитании?
Но если даже допустить, что всё человеческое в силу того уже, что оно существует, несовершенно, то разве отсюда следует, что мы должны всё свалить в одну кучу, всё чтить
одинаково высоко — добро и зло, истину и ложь? Единственно верный вывод из этого заключается в следующем: подобно тому, как при рассматривании картины необходимо оставить то место, с которого на картине видны только пятна, а не краски, только беспорядочно
переплетающиеся линии, а не рисунок, — подобно этому необходимо оставить и ту точку
зрения, с которой мир и человеческие отношения видны только с их внешней стороны. Необходимо признать эту точку зрения негодной для суждения о ценности вещей, — может ли
служить мне основой для правильного суждения и различения такой взгляд на мир, который
сводится к плоскому представлению о том, что всё существующее несовершенно? Эта точка
зрения есть самое несовершенное из всех несовершенств, которые она только и видит вокруг
себя. Мы должны поэтому оценивать бытие вещей с помощью мерила, которое даётся сущностью внутренней идеи; ссылки же на односторонний и тривиальный опыт тем менее
должны вводить нас в заблуждение, что при такой точке зрения, отпадает всякий опыт, всякое суждение: все кошки оказываются серыми.
С точки зрения идеи понятно само собой, что свобода печати имеет совсем другое оправдание, чем цензура, так как свобода печати сама есть воплощение идеи, воплощение свободы, есть положительное добро; цензура, напротив, есть воплощение несвободы, есть борьба
мировоззрения видимости против мировоззрения сущности, она имеет лишь отрицательную
природу.
Нет! нет! нет! — восклицает, прерывая нас, оратор. — Я порицаю не явление, я порицаю
сущность. Свобода есть самое нечестивое, что есть в свободе печати. Свобода даёт возможность творить зло, поэтому свобода — зло.
Злая свобода!
В роще тенистой её он убил
И труп её в Рейне, в глуби, потопил.
Но
Мой владыка и учитель,
Выслушай меня спокойно!
Разве в стране цензуры нет уже вовсе никакой свободы печати? Печать вообще есть
осуществление человеческой свободы. Следовательно, там, где есть печать, есть и свобода
печати.
https://www.marxists.org/russkij/marx/cw/t01.pdf
Больше постов и видео: https://t.me/inforn9