1
Рассмотрим несколько примеров того, что значит изучение
«развития во всей его конкретности» и принцип «истина всегда
конкретна», в противоположность тому методу, который пытается
составить некую предвзятую схему общественного развития и рассматривает такую схему как основу политики.
В свое время в России в эпоху господства царизма меньшевики
привыкли говорить: «У нас должен быть капитализм прежде социализма». Сначала капитализм должен полностью развиться, затем
последует социализм – такова была их схема.
Вследствие этого они поддерживали либералов в политике
и предписывали рабочим бороться лишь за лучшие условия труда
на капиталистических предприятиях.
Ленин опроверг эту глупую схему. Он показал, что либералы,
напуганные рабочими, пойдут на компромисс с царем и что союз рабочих и крестьян может отнять у либералов руководство революцией, свергнуть самодержавие и затем пойти дальше: свергнуть
капиталистов и построить социализм раньше, чем капитализм будет иметь возможность полностью развиться.
После того как пролетарская революция одержала победу, была
выдвинута новая схема – на этот раз Троцким. Троцкий утверждал,
что нельзя построить социализм в одной стране и что если не произойдет революции в передовых капиталистических странах, то в
России невозможно осуществить социализм. Ленин и вслед за ним
Сталин показали, что эта схема также была ложной, потому что,
если бы даже не произошло резолюции в передовых капиталистических странах, союз рабочих и крестьян в Советском Союзе все же
обладал достаточными силами для построения социализма.
В западноевропейских странах раньше часто говорили: «У нас
должен быть фашизм раньше коммунизма». Предполагали, что
сначала капиталисты откажутся от демократии и установят фашистскую диктатуру, а затем рабочие свергнут фашистскую диктатуру. Но коммунисты отвечали: нет, мы будем бороться вместе со
всеми демократическими силами, чтобы сохранить буржуазную
демократию и разгромить фашистов, и это создаст наилучшие условия для движения вперед, к завоеванию власти рабочего класса
и строительству социализма.
Наконец, в настоящее время иногда приходится слышать такое утверждение: «Капитализм означает войну, следовательно, война неизбежна». Однако эта схема тоже ложна. Империалисты в
своей политике неизбежно делают ставку на завоевательные войны.
При этом, чем сильнее становятся Советский Союз и силы трудящихся во всем мире, тем отчаяннее становятся империалисты.
Но они не могут вести войну без народа. Чем больше они готовят
войну, чем более явной становится их агрессивность, чем больше
одна держава пытается навязать свое господство другой державе
и чем большее бремя налагают империалисты на свои народы, тем
больше возможностей объединить народ для борьбы против военных поползновений империалистов. Поэтому мир может быть сохранен. А в борьбе за сохранение мира мы можем заложить основы
для ликвидации условий, порождающих угрозу войны. Итак, война
не является неизбежной: планы империалистов можно сорвать. Их
можно сорвать, если рабочий класс сплотит вокруг себя все миролюбивые силы. И если мы сорвем империалистические планы
войны, это будет лучший путь для ликвидации самого капитализма
и построения социализма.
Нельзя ожидать, что империализм рухнет сам собой в результате войн. С империализмом можно покончить, лишь объединяя миролюбивые силы для борьбы против осуществления империалистических военных планов.
Все эти примеры показывают, что следование некоторой готовой схеме, некоторой абстрактной формуле означает пассивность,
поддержку капитализма, предательство в отношении рабочего
класса и социализма. Диалектический же метод, который рассматривает вещи в их конкретной взаимосвязи и движении, показывает нам, как двигаться вперед, как бороться, каких союзников
привлекать на свою сторону. В этом неоценимое значение