1
Был когда-то такой старый анекдот: "А ведь подумайте, какое бы красивое женское имя было похерено — Милиция!". Так вот, слову "кондиционный" тоже не очень повезло. "Некондиционно вы, Сергей Петрович, выглядите" — говорят зелёному от похмелья Сергею Петровичу. А ведь какое слово красивое-то.
В 1730 году группа высших сановников Российской империи, из числа членов Верховного Тайного совета, под предводительством князя Дмитрия Михайловича Голицына пытались навязать свежеявленной императрице Анне Иоанновне свои кондиции — восемь пунктов, которые императрица должна была соблюдать. Кто-то говорил, что что "безрассудное намерение Долгоруких при восшествии на престол императрицы Анны неминуемо повлекло бы за собой ослабление и — следственно, и распад государства; но, к счастью, намерение это было разрушено здравым смыслом большинства" (Екатерина II Великая); кто-то говорил, что "Это была великая попытка, потому что они планировали, по сути дела, сочетание польских политических традиций с английскими. И ведь чуть было не прошло. Это могло бы ускорить «конституционное» развитие России, это могло бы привести к тому, что великие реформы Александра I были бы сделаны раньше" (Валерия Новодворская)[1].
Суть-то не в этом. Суть в том, что если бы кондиции прошли, то слово бы устоялось в русском языке в другом своём значении. В армии бы люди присягали на верность кондиционному строю; в ФСБ бы существовала бы Служба защиты основ кондиционности строя; путч ГКЧП характеризовался бы как некондиционное действие; в октябре 1993 года страна бы впала в кондиционный кризис.
В общем, такое слово прекрасное испортили!
[1] — Екатерина Великая успешно правила Россией, а Валерия Новодворская безуспешно ругала комуняк. Мне кажется, что тут очевидно, кого надо выбрать. https://t.me/septicscepsis/678