858
Вот только утром утром ты заваривал чай, ругал за отметки, обсуждал школу, делал бутерброды. Ему или ей.
Смеялись, ругались, говорили что будете делать в выходные, что делать летом. И ты сказал "пока, хорошего тебе дня". Или не сказал, закрутился.
А потом ты слышишь новости, читаешь новости, несёшься в школу и думаешь об одном. Только бы живой. Живая. Только бы не мой ребёнок. Набираешь по дороге номер. А телефон не отвечает. Может потерял, может связь заблокировали в районе.
А потом тебе сообщают, что надо ехать на опознание. Какое опознание? Вы о чем?
Это ад. Я с самого утра думаю о погибших мальчиках и девочках. О родителях погибших детей.
Как теперь родителям заходить в комнаты детей. Где вещи, книги, запах твоего ребенка. Где он был вот только этим утром.
Я не знаю, есть ли в таких случаях слова, которые могут помочь. Нет, наверное.
Но если бы мы все могли, мы, я уверен, забрали на себя боль расстрелянного города.
Дай Господь, сил им все это пережить.