1
В одном из наших полков открылся брюшной тиф. Корпусный врач спросил полкового:
– Дезинфекцию произвели?
– Какая же у нас дезинфекция? У нас нет никаких дезинфекционных средств.
– Произвели вы дезинфекцию? - выразительно повторил корпусный врач.
– Я же вам говорю…
– Надеюсь, вы дезинфекцию произвели?
– Д-да… Но…
– Прекрасно! Пожалуйста, подайте мне рапорт, что дезинфекция произведена.
Когда, в начале ноября, в армию, наконец, были привезены полушубки, солдаты стали заражаться от них сибирскою язвою. Появились случаи заражения и в нашей команде. Заработала бумажная машина, от нас во все стороны полетели телеграммы, в ответ полетели к нам телеграммы с строгими приказами: «изолировать», «подвергнуть тщательнейшей дезинфекции», «о сделанном донести»… Мы все сделали, сообщили рапортом. Дивизионного врача не было дома, принял рапорт его помощник, с которым мы были приятели. С серьезным, деловым лицом он принял рапорт, записал, что-то пометил, куда-то что-то отправил. Потом сели пить чай. За чаем он с лукавою усмешкою вдруг спрашивает нас:
– Между нами! А вправду, производили вы дезинфекцию или нет?
Этот приятельский вопрос был моментальным просветом во что-то большое и зловещее; он во всей обнаженности раскрыл перед нами суть дела. Пишут лживые бумаги, начальство читает и притворяется, что верит, потому что над каждым начальством есть высшее начальство, и оно, все надеются, уже взаправду поверит.
Вересаев В.В. На японской войне. 1907 г.