1
Когда вамъ весною случится ѣхать по большому сибирскому тракту изъ Тюмени (Тобольской губерніи) въ Иркутскъ, то вамъ постоянно будутъ встрѣчаться люди жалкаго, оборваннаго вида, смиренные, какъ только можно быть смиреннымъ. Они каждому низко кланяются, и если вы спросите ямщика, что это за люди? онъ вамъ отвѣтитъ коротко: "бродяжки". Спросите подобнаго человѣка въ тюрьмѣ, за что онъ судится, онъ никогда не скажетъ вамъ "за бродяжество", а скажетъ "за отлучку" -- онъ стыдится своего положенія, онъ не бродяга, а "отлучившійся". Если человѣкъ идетъ по большой дорогѣ, по направленію отъ Иркутска къ Тюмени, и кланяется, то это навѣрное бродяга. Дайте ему денегъ, обласкайте его, онъ вамъ разскажетъ откровенно, какъ онъ бѣжалъ изъ каторги, потому что тамъ будто -бы пища плохая, работа тяжелая и начальство стало притѣснять, онъ вамъ покажетъ и свои клейма, если они у него есть, и разскажетъ, какъ онъ надѣется ихъ вывести. Спросите потомъ въ первой деревнѣ, сколько подобныхъ бродягъ проходитъ у нихъ? вамъ отвѣтятъ -- много, въ иной день человѣкъ пятьдесятъ. Всѣ эти бродяги пробираются въ Россію; кромѣ того, въ Сибири не на однихъ золотыхъ промыслахъ, но на всѣхъ работахъ есть бродяги; бродяги живутъ въ работникахъ, и въ селеніяхъ у земледѣльцевъ, и въ производствахъ въ большомъ размѣрѣ, ихъ можно встрѣтить караульными на пасекахъ, въ пустынной тайгѣ и въ самыхъ многолюдныхъ мѣстахъ: они также незамѣтно скрываются среди людской толпы, какъ и среди непроницаемаго мрака.
Н. Флеровский "Положение рабочего класса в России". С-Петербург 1869