1
Я никогда не забуду первыхъ впечатлѣній, которыя я получилъ въ Сибири; я ѣхалъ зимою, въ февралѣ мѣсяцѣ, меня поражала апатія, которою заражено было все живое, какъ будто-бы все считало себя безнадежно погибшимъ. Ѣдешь по дорогѣ, вскачь, на тройкѣ, съ колокольцами и бубнами; на дорогѣ лежитъ корова, она не пошевелится, тройка едва не задавила ее; ямщикъ съ досады хлыснулъ ее кнутомъ; она и ухомъ не повела, какъ кусокъ дерева. Больной ребенокъ, въ одной рубашкѣ, босоногій, сидитъ на морозѣ; "что выдѣлаете, говорю я матери, ребенокъ у васъ умретъ".-- "Богъ съ нимъ, намъ ли дѣтей ростить", отвѣчаетъ она съ безнадежнымъ хладнокровіемъ. Въ этой атмосферѣ, оковавшей все цѣпями тяжелаго равнодушія, всюду слышалось: "лучшаго намъ нечего ожидать, а хуже быть не можетъ"; я тогда не понялъ, что все это значитъ, я старался убѣдиться въ ложности этихъ первыхъ впечатлѣній, но чѣмъ болѣе я наблюдалъ, тѣмъ яснѣе обозначались черты этой безнадежной апатіи, погружавшей съ одинаковою силою и людей и животныхъ въ бездну безчувствія. Первые воспринятые мною образы все глубже и глубже врѣзывались въ мою память. Впослѣдствіи я разгадалъ загадку,-- передо мною былъ мрачный образъ весенняго голоданія. Неразъ потомъ я снова встрѣчался съ этимъ мрачнымъ явленіемъ. Разъѣжая весною но Сибири, я иногда дѣлалъ сотни и тысячи верстъ, внимательно разсматривалъ всѣ встрѣчавшіяся мнѣ женскія и дѣтскія лица и почти не встрѣчалъ ни одного лица, которое бы дышало здоровьемъ и довольствомъ, и безпрерывно встрѣчалъ явные слѣды изнуренія и упадка силъ.
"Положение рабочего класса в России". Наблюдения и исследования Н. Флеровского, 1869 г.