1
1 янвая 1898 г. в залах Канцелярии были собраны начальники главных управлений, их помощники и начальники отделений. Их обходил, прощаясь, Ванновский, а после с ними знакомился Куропаткин. Ванновский благодарил меня за мои работы и сказал, что давно меня ценит.
Я вспоминаю о нем с чувством истинного уважения; это был человек честный, твердый, требовательный, но добрый, сам усердный служака. Отдавая должное его личным качествам, я всё же должен сказать, что его почти семнадцатилетнее управление Военным министерством было пагубно для нашей армии, так как он дал устареть всему командному составу армии и этим подготовил наши неудачи в японскую да и в нынешнюю отечественную войну. Ванновский лишил армию всякой возможности иметь талантливых и энергичных вождей, а посредственность стала общим правилом.
Должен, однако, оговориться, что в то время я сам не отдавал себе отчета в творившемся ужасе. На медленность движения по службе все жаловались, но она представлялась неизбежным у нас злом; сначала его считали естественным последствием войны с Турцией, давшей перепроизводство старших чинов, а затем оно объяснялось нашей бедностью, не позволяющей нам давать достаточные пенсии, поэтому старых и вообще малопригодных начальников приходилось оставлять на службе до последней возможности.
Когда японская война показала всё убожество нашего командного персонала, мне вполне уяснилась та пропасть, к которой нас вела система Ванновского, применявшаяся и при его бесталанном приемнике.
Из воспоминаний генерала А. Ф. Редигера