1
Мы, переиспытав разные способы действовать на пользу народа, в начале 70-х годов избрали одно из средств, движение крайне безобидное, и чем оно окончилось? Оно разбилось о многочисленные преграды в лице тюрем и ссылок. Движение, совершенно бескровное, отвергающее насилие, не революционное, а мирное, было подавлено.
В 1873-1875 гг. я ещё не был революционером, как определяет прокурор, так как моя задача была работать на пользу народа, ведя пропаганду социалистических идей. Я насилия в то время не признавал, политики касался я весьма мало, товарищи - ещё меньше. Все мои желания были действовать мирным путем, тем не менее я очутился в тюрьме, где и революционизировался. Непродолжительный период нахождения нашего в народе показал всю книжность, все доктринерство наших стремлений.
Таким образом, изменился характер нашей деятельности, а вместе с тем и средства борьбы, пришлось от слова перейти к делу. Вместо мирного слова мы сочли нужным перейти к фактической борьбе. Всё толкало меня на борьбу с правительственною системой. Долгое время я работал для этой цели путем мирным и только затем был вынужден перейти к насилию.
Из речи Андрея Желябова
на процессе по делу о 1 марта 1881 г.