1
Немного больше полугода пришлось пробыть мне в московской тюрьме в одиночном заключении. Наконец, объявили приговор: ссылка в Восточную Сибирь на 5 лет за принадлежность к партии социалистов-революционеров. Приговор объявили в административном порядке, помимо всякого суда, ни разу не подвергнув допросу, не предъявив обвинений, не опросив никаких свидетелей (единственно на основании донесений своих тайных шпионов и сыщиков, которых они же сами содержали на жаловании).
Я был приговорён к ссылке в Восточную Сибирь, за много тысяч верст от Москвы, но продолжалась русско-японская война и сибирская железная дорога была занята перевозкой войск, этапного движения в Сибирь не существовало и вместо Сибири меня сослали на крайний север России (Из Архангельска я бежал в тот же день, как меня туда доставили, и вернулся в Москву. Из Москвы уехал в Женеву).
В Женеву из России доходили вести одна другой удивительнее. Я с трудом мог усидеть на месте и рвался обратно в Россию на работу, но товарищи, более меня благоразумные, советовали некоторое время выждать. Для меня ясно было: революционная борьба в России обостряется и она скоро потребует участия всех революционных сил, всех средств революции.
Я стал мечтать о терроре и с этой целью поступил в маленькую химическую школу Боевой Организации в Женеве, где научился приготовлять динамитные и нитроглицериновые бомбы, делать к ним запальники, заряжать и метать: с целью научиться метанию я ездил в окрестности Женевы, где испытывал бомбы своего приготовления. Одновременно я изучал типографское дело, домашние простые станки и технику набора: революционер должен был уметь всё делать сам и научить этому других.
Владимир Зензинов "Из жизни революционера"