1
Больно, тяжело, обидно думать, что часто наше храброе войско погибает от непростительной оплошности начальника, как, например, этот Данненберг, который, как они старался представить своё донесение в другом виде, кругом виноват в гибели войска при вылазке 25 октября. Данненберг опоздал, а про редуты, которые он заставил строить под страшным огнем, он не упоминает, хотя Меншиков об этом донёс.
Но что нам печатают за донесения Меншикова! Это возмутительно читать! Из них делают сокращённые извлечения в строчек пять. Запрещено печатать что-либо, даже акты и документы, касающееся до смутного времени России, также всё относящееся до быта русского народа, даже собрания преданий и песен. Неужели они думают такими мерами остановить смуты!
Душегубство есть единственная цель нашего правительства. Всякая мысль, всякое живое движение преследуется как преступление; самая законная, самая умеренная жалоба считается за бунт и наказывается.
Но народ не виноват, что правительство так поступает, или, может быть, народ всегда виноват, если у него такое правительство.
Из дневников В. С. Аксаковой за 1854 г.