1
Кошелев ещё в 1875 г. так характеризовал русскую государственную систему: "наше государственное хозяйство сохранило много общего с прежними помещичьими хозяйствами. Дворня была огромная, тунеядцев тьма тьмущая; на балы, обеды, экипажи, дамские наряды и другие пустые расходы тратили мы несметное количество денег. Если источник иссякал, то мы выдавали заемные письма и расходовали эти деньги так же легкомысленно, как если б они составляли свободные остатки от доходов наших. Ни перед кем мы не были ответственны. К общему и крайнему прискорбию наше государственное хозяйство идёт точно так, как шли наши дворянские хозяйства. Чиновникам и сановникам разного рода, как звёздам на небе, и числа нет".
Для охраны этой системы, главным образом, от народа, этого постоянного внутреннего врага, имеющего большие основания быть недовольным, у нас существует военное ведомство. Правительство ведет борьбу с народом; борьба эта обостряется, поэтому естественно, что у нас треть государственного бюджета должна иметь своим прямым назначением обеспечить возможность спокойной эксплуатации "государственного и общественного строя". Вторая треть бюджета уходит на уплату процентов по займам. Половина этих займов опять ушла на военное ведомство, четверть была израсходована по системе, указанной Кошелевым, и едва одна четверть употреблена более или менее производительно. Дальше идут расходы на церковь, на внутреннее управление с полицией явной и тайной.
Миллионы, собираемые ежегодно правительством с народа, идут не на нужды этого народа, а на содержание тех, кто владеет им. Россия не есть даже государство в современном смысле слова: это организованная, опирающаяся на штыки, система хищения. Усиление вооружений, прямо или косвенно направленных против народа, служит прямым доказательством возрастания ненормальностей государственной системы.
Из статьи народовольцев, 1881 г.