1
Днём 23 или 24 октября, т. е. в самый острый момент погрома, большая толпа под охраной казаков двинулась в Боголюбовскую слободку. Лавочка отца Казуева в этот момент была открыта, и Казуев-отец находился в ней. Приближающихся погромщиков он заметил ещё издалека, сразу понял, что они идут к нему,и решил в случае нападения защищаться. Когда погромщики подошли к лавочке на расстояние нескольких сот шагов, он, засучив рукава, вышел на крылечко и закричал им:
— Ну-ну, подходите! Посмотрим, чья возьмёт! Будем защищаться всем, что у нас имеется! Веб пустим в ход: и ружья и бомбы... Подходите!
Из всех соседних домишек высыпали жители и собрались любопытными группами. Заметив это, Казуев закричал им:
— Эй, соседи, уходите, уходите скорей! Иначе могут быть невинные жертвы!
Услышав эти крики и видя решительность Казуева, погромщики остановились в замешательстве, а потом стали удирать. Казаки оказались похрабрее. Они поехали вперёд, и начальник отряда крикнул Казуеву, что погрома он не допустит, а только произведёт у него обыск. Казуев милостиво разрешил обыск,но заявил, что если начнут громить, то он будет защищаться «до последней капли крови». После этого казаки вошли вместе с Казуевым в лавочку и потребовали, чтобы он указал, где находятся бомбы. Он ответил, что бомб у него нет.
— Как нет? Ты ведь сейчас кричал, что будешь бросать бомбы? — заорал начальник отряда.
— Да так и нот,— ответил Казуев,— если не верите, то ищите.
Казаки обыскали весь дом; но не нашли не только бомб, но вообще ничего запрещённого. Ограничившись составлением протокола, они вынуждены были уехать ни с чем.
Ф. Н. Самойлов "По следам минувшего", о черносотенных погромах в Иваново-Вознесенске, 1905