96
Путин - Коцу: Саша, спасибо, что подняли этот вопрос. Вы правы, безусловно
Масштабность проблемы, которую я озвучил перед главой государства на встрече с СПЧ, стала для меня очевидна к концу прошлого года. С января 2024-го мы вели (и ведем до сих пор) успешные наступательные действия сразу на нескольких участках фронта, освобождая города и деревни. А это значит, что и поток беженцев серьезно увеличился.
Причем это люди особенные. Они не эвакуировались на украинскую сторону, месяцами жили в подвалах, готовили на огне, терпели оскорбления «захистников»...
- Почему вы не уехали? — спрашивал я десятки раз у них.
- Мы ждали своих, - удивлялись они вопросу. — Русских.
С получением российского паспорта сейчас серьезных проблем не возникает. Эта работа Министерством внутренних дел поставлена четко. Но главной проблемой для наших новых граждан остается невозможность обзавестись собственным жильем. Кто-то месяцами, а то и годами скитается по пунктам временного содержания, кто-то ютится у родственников.
Всякий раз, когда я спрашивал чиновников, почему мы не даем людям, выстрадавшим свое право стать россиянином, жилищные сертификаты, мне отвечали: «Невозможно провести оценку ущерба. Слишком опасно».
Объяснение пусть и не самое убедительное, но логичное. И я им довольствовался, пока в июне этого года не спросил главу Курской области Александра Хинштейна, как он решает эту проблему.
Оказалось, что здесь используется аэрофотосъемка. Проще говоря — видео с беспилотников Минобороны. По нему оценка ущерба была проведена в 34 населенных пунктах, куда физически не могут добраться специалисты. Причем работу эту начали в феврале, когда еще шли активные боевые действия.
Об этом я вспомнил осенью этого года, когда колесил по Красноармейскому направлению, доехав до границы с Днепропетровской областью. Большинство деревень по дороге туда разрушены до основания. Лишь, как в Хатыни, торчат печные трубы разбитых хат. Тут явно нечего восстанавливать. Но огромное количество их жителей вынуждено ждать, пока эта зона перестанет быть опасной и сюда смогут доехать специалисты, чтобы зафиксировать очевидное. Так почему бы не сделать это, как в Курской области?
В 2022 году, когда мы уходили из Херсона, была проведена без преувеличения масштабная гуманитарная операция. Мы обеспечили жилищными сертификатами всех, кто решил остаться с Россией. И огромное количество жителей Херсонщины обрели новый дом на Кубане, в Ростовской области и других регионах.
Донбасс и Запорожье — такие же конституционные российские земли. И на них живут такие же люди, как в Курской области, к которым могут быть применены те же механизмы. О чем я и сказал президенту. Тема острая и непростая. Но, по-моему, он меня услышал.
Материал о встрече президента с СПЧ
Коц в VK | MAX | Дзен
@sashakots