1
волшебство от захватывающего путешествия. Что-то внутри словно понимало – переживать бесполезно, если самолет разобьется, с этим ничего не поделать. Поэтому большая часть внимания была прикована к проносящимся домам, оживленным дорогам и улицам, к осознанию происходящего как чудесного путешествия.
К сожалению, к жизни я пока не умею относиться с такой же легкостью. Но этот сон стал чем-то вроде указательного маяка на пути. Легкость бытия и смирение, о котором я говорю – это не пассивность, а действие вопреки всепоглощающей неизвестности, от которой мы так старательно сбегаем в грезы ума. Это – не наплевательское отношение к судьбе собственного тела, а ясное понимание, что тело – смертно, и порой, смертно – внезапно. Мне и самому нелегко признавать этот факт – нечто внутри сопротивляется. Но чем глубже понимание этой истины, тем сильней личная свобода, тем больше легкости по отношению к жизни.
Вспоминается кастанедовский воин и человек знания, главный советчик которого – смерть за левым плечом. Воин действует, не ожидая наград, ищет свободу, ни на что не жалуется, ни о чем не жалеет, не воспринимает себя всерьез. Он смеется над собой и над серьезностью жизни.
«Печальная» новость – мы все умрем; земные накопления и беспокойства в этом свете – ничего не стоят. Радостная новость – печалиться и переживать об этом совершенно необязательно; жизнь – подобна увлекательному путешествию. Каждый – словно в таком же самолете – несется в своем настоящем. У нас есть выбор, есть определенная мера контроля, но вся личная свобода обусловлена опытом и окружающей действительностью. В любую секунду может случиться непредвиденное. Это – тревожный факт, но если с ним не смиряться, становится только хуже – действительность оборачивается бессмысленной смертельной битвой против неизбежного.