1
| Переслано из: <Друид> |
Анна Шафран @annashafran специально для Друида @wisedruidd
Утверждение Роскомнадзором критериев ЛГБТ-пропаганды – это, безусловно, хорошо. Но трудно отделаться от вопроса – почему только сейчас, ведь закон о запрете оной пропаганды среди несовершеннолетних был принят, на минуточку, 10 лет назад. Это что же получается, что всё прошедшее десятилетие ответственные за соблюдение закона ориентировались только на своё, как говорили 100 лет назад, "классовое чутьё"? Непонятно.
Полный запрет гей-пропаганды действует полгода. Точнее, как действует, принят и подписан. Всё равно все желающие его обходят, как обходили и предыдущий закон, защищавший (точнее, формально защищавший) только несовершеннолетних. Ставили 18+ – и готово, закон формально соблюдён. А теперь печатают пропагандистские книги в соседних странах и ввозят их в страну. Пресловутая гей-графомания "Лето в пионерском галстуке" – да, вот, пожалуйста, выбирайте.
Есть некоторая надежда, что получив критерии, то есть чёткие указания, чиновники будут немного более внимательно и менее формально относиться к соблюдению запрета.
Понятное дело, что всегда будут находиться те, кто обойдут запреты и получат свою дозу пропаганды, будучи уверены, что это "правда", которую "власти скрывают". Но так же всегда находятся люди, которые нелегально покупают наркотики или оружие – они тоже уверены в своём "свободолюбии" и в том, что они "не такие, как все". Некоторые даже потом приходят в себя, но очень многие умирают от передозировки или отправляются надолго в тюрьму. Это же не повод вновь продавать кокаин и героин в аптеках, как это было в начале ХХ века, или подобно США продавать автоматы и штурмовые винтовки всем желающим.
Запрет должен быть, и запрет должен соблюдаться. У большинства должна быть уверенность в собственной правоте: есть нормальные, традиционные отношения, и это прекрасно. А есть извращения и болезни, которые не имеют и не могут иметь никакого отношения к норме.
В США и Западной Европе, к слову, несмотря на не просто легализованную, а активно продвигаемую государственной властью гей-пропаганду, большинство всё равно до сих пор не приемлет извращения. Но они вынуждены подчиняться диктату, и мы регулярно читаем о том, как преподавателей и журналистов увольняют за то, что они осмелились публично усомниться в необходимости менять пол детсадовцам и разрешать детям жить с тремя папами без единой мамы.
Это и есть настоящая диктатура. Потому что демократия – это власть большинства. А когда меньшинство диктует свои правила, свои нравы и свою идеологию большинству – это диктатура. И даже если меньшинство опирается не на прямое принуждение, а на манипуляции – всё равно это диктатура, даже более изощрённая и опасная. Когда человека принуждают что-то делать, всё равно в глубине души он остаётся свободным. А когда ему переформатируют мозги, избавиться от навязанных ценностей потом очень сложно, а то и невозможно.
Поэтому, если мы хотим, чтобы наша страна развивалась, чтобы рождались дети, чтобы молодёжь интересовалась реальной наукой, а не "гендерными исследованиями", запрет на гей-пропаганду должен соблюдаться. И если Роскомнадзор ограничится лишь разработкой критериев, а соблюдаться закон по-прежнему будет так же, как сейчас, значит обществу необходимо будет под