1
Вахтанг Кипшидзе – зампред Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ, автор тг-канала @angry_opposum специально для Друида @wisedruidd
В своей проповеди 6 марта Предстоятель Русской Церкви Патриарх Кирилл, говоря о происходящем на Украине, назвал гей-парады "тестом на лояльность" западному миру. Это вызвало остервенелую реакцию некоторых "борцов за мир", которые начали утверждать, что вопросы гендера несопоставимы с той ценой, которая платится за войну.
Начнём с того, что, действительно, гомосексуальная повестка стала политическим авангардом европейской интеграции в последние годы. Акцептовать её, проводя гей-парады, были вынуждены такие консервативные страны, как, например, Польша и Венгрия.
Навязывание единообразия в этой сфере оправдывается правами человека, однако на деле все, кто смотрит на отношения полов иначе, чем предлагается политическим мейнстримом, сами подвергаются преследованиям и дискриминации. Продвижение "гендерных" подходов в школьном образовании заставляет некоторых американских родителей спасаться бегством в России.
Западная цивилизация, заявляющая о плюрализме, сейчас фактически выступает с позиции "ценностного тоталитаризма". Это означает то, что некий "правильный" набор ценностей является единственно верным, а его оспаривание переводит страны в категорию изгоев. В лице западных законодателей политической моды, по крайней мере. Разумеется, эти ценности являются либеральным конструктом, не имеющим опоры на историю европейского континента. Это не только гендерные вопросы, но они являются цивилизационным маркером для этого пространства.
Ни в одном документе Европейского Союза вы не найдёте упоминания о ценности иудео-христианской веры. Это в ходе развития евроинтеграции было предметом критики некоторых западных христиан. Но факт остаётся фактом: христианство вычищается из политического пространства, и этот процесс продолжается.
В своё время западная цивилизация, в сравнении с государственным безбожием в СССР, могла похвастаться религиозной свободой, признанием роли христианских церквей в обществе и государстве. Теперь любой консервативный христианин рискует быть подвергнутым преследованиям либеральных хунвейбинов, позволь он себе усомниться, например, в том, что полов на самом деле два, а не 58, как предлагает Марк Цукерберг. Даже если ты Джоан Роулинг.
Церковь всегда утверждала, что любые перспективы диалога России с Западом следует оценивать с точки зрения отношения к общим христианским ценностям. Ведь другого фундамента для выстраивания отношений нет. Но мы видим уничтожение этого общего основания. И потеря представления о традиционной семье здесь наиболее разрушительна для восприятия Запада и Востока друг другом. Представьте, как западный обыватель воспринимал идею "обобществления жён", популярную в первые годы советской власти. Примерно так же воспринимаются сейчас нами эксперименты с разрушением традиционной семьи как института и обилием гендеров.
Укрепление роли Церкви в России в последние десятилетия вошло в список обвинений против нашей страны. Хотя, казалось бы, ещё недавно по историческим меркам в этом списке было как раз преследование Церкви советской властью. В некотором роде в существующих условиях конфликты мы видим некую смену ролей. Россия декларирует те ценности, которые считались всегда "западными": роль христианской Церкви, автономия традиционной семьи, гибкость в культурной сфере, учитывая многонациональный характер российского общества. Все эти ценности являются вторичными на теперешнем Западе, они "ценны" только тогда, когда не противоречат либеральным догматам.
Даже логика экономических