1
*_| Переслано из: Кира Сазонова |_*
*Почему я «за» памятник Дзержинскому на Лубянке*
Поскольку все москвичи и гости столицы нынче имеют собственную позицию по вопросу о памятнике на Лубянской площади, поясню свою.
Сразу оговорюсь - _данный пост содержит исключительно моё личное отношение к вопросу._
Именно поэтому, я не буду перечислять безусловные и всем известные достижения Дзержинского в ликвидации беспризорности, организации советской инфраструктуры, а также борьбе с иностранными интервентами. Оставим это специалистам и учебникам истории.
Я «за» возвращение памятника Дзержинскому по совершенно иной, очень личной причине. *Я «за», потому что для меня Феликс Эдмундович - это символ великого страдания.*
И, на мой взгляд, о страданиях такого масштаба надлежит помнить.
Потому что они - соль земная.
О них нужно помнить для того, чтобы, попивая имбирно-пряничный латте в уютном кафе где-нибудь в центре, вы могли сказать о Дзержинском чуть больше, чем стереотипное « *да ну, кровавый чекист* ».
А для того, чтобы больше сказать, нужно просто больше знать.
Нужно знать, что, наряду с хроническим бронхитом и врожденным пороком сердца, к 25 годам у него был просто невероятный букет болезней, приобретённых в ссылках. Само его физическое существование ежедневно было удивительным преодолением, которое он тщательно скрывал от окружающих.
Нужно знать, как он, всю свою жизнь связанный с насилием, и, казалось бы, весьма к нему толерантный, в 1920 году решил, что в молодом советском государстве не должно быть смертной казни.
И отменил её.
Нужно знать, как его били в тюрьмах и ссылках, в которых он провёл большую часть своей жизни. Били смертным боем, до выплевывания зубов, до беспамятства - только чтобы он выдал имена своих товарищей.
Он не выдал. Ни разу. Ни одного.
Памятники не имеют вообще никакого значения для тех, кому они поставлены. У этих бронзовых людей на постаментах, в их персональном раю или аду, уже давно иные заботы.
Памятники - это для нас и про нас. И, для меня лично, тот уровень внутренней силы и необыкновенного мужества, какой был у Дзержинского, является примером, достойным и памяти, и памятника.